Каинька
Желающий ищет способы, нежелающий ищет причины
оказывается, сюда никто не притащил, исправляюсь :)

Глава 3
~ Эмоция: «Радость» ~



Следующий день
Канун Рождества

В центре столовой – самой большой комнаты замка – стоял длинный обеденный стол, вокруг которого собрались пятеро бессмертных. Вместо угощений красовались выстроенные в линию пять стаканов с водой. Разные рождественские украшения висели на стенах, а установленные на столе свечи заливали комнату волшебным сиянием.
– Счастлииииивого Рождествааа! – звенели в залах неестественные от перевозбуждения поздравления.
Их произносил связанный по рукам и ногам парень во главе стола, вокруг которого расселись Майза и остальные. Схваченный среди ночи, хозяин замка провел время до утра пристегнутым к креслу. Но, стоило ему проснуться, как он тут же начал раздавать приказания, чтобы придать внутренностям замка вид, подобающий рождественскому настроению.
Про себя гости удивлялись, почему должны это делать, но, как только живущие в замке девушки безмолвно приступили к работе, не осталось иного выбора, кроме как закатать рукава и помогать.
– Веселого Рождества, засранец, – фыркнув, устало проворчала Сильви. – Не могу поверить, что ты действительно спрыгнул с крыши, когда Чес тебя нашел… Тебе не кажется, что это высшая степень глупости, даже для бессмертного?
– У глупости нет степеней! Можно сказать, что любая вещь, выходящая за рамки, тоже…
– Я заявляю: я не хочу это слышать.
– Ой, да ладно!
Пока Элмер добродушно препирался с товарищами, Чес молчал. В конце концов, Элмер не открыл остальным подробности их разговора, дав понять, что сам решил спрыгнуть. Чесу показалось, что Элмер прикрывает его грешки, и он даже подумывал, не рассказать ли остальным, что случилось. Но, пока он сидел в нерешительности, ситуация развивалась без него.
– Неважно из-за чего именно ты упал с крыши, всё нормально, пока вы с Чесом знаете, в чем дело.
Кажется, Майза заметил, что между ними что-то произошло, но не желал вмешиваться. Да и Нил с Сильви, если подумать, не соизволили спросить, что же случилось на крыше.
Возможно, все они уже поняли и просто защищали его, делая вид, что не обращают внимания.
…Но это лезет в мои дела сильней всего прочего.
Но Чес сам не рвался убеждаться и поэтому держал рот на замке. Он молча вспоминал, что случилось глубокой ночью. И мог думать только о своей правой руке на голове Элмера.
…Кому ещё я могу настолько доверять?
Вопрос возник в его мозгу внезапно, и Чес покачал головой. Если бы это был Майза… или Айзек и Мирия, его новые друзья из Нью-Йорка, или Эннис, женщина, которая приняла его и вела себя с ним как старшая сестра – им бы он позволил положить руку себе на голову. Но самому подставить голову, добровольно… нет, тут и говорить нечего.
Но, возвращаясь к исходной теме, – как Элмер сумел поступить так, как поступил, с человеком, которого три века не видел? Чес боролся с этим всю ночь. Легко было бы решить, что Элмер – простак, но его аура всегда отличалась от остальных. Например, попроси он, и Айзек, и Мирия – парочка придурков из Нью-Йорка – несомненно бы улыбнулись и подставили лбы, безо всяких задних мыслей веря ему.
Но человек, известный как Элмер, был бесконечно расчетлив. Он хотел заставить людей улыбаться, не по складу характера, но держа в уме четко просчитанную цель. Расчеты могли быть ошибочны, но тем не менее Чес был совершенно зачарован.
Что же его заставило, что не дало Чесу даже подумать о поглощении Элмера?
Пока он сражался с этими вопросами, к нему внезапно обратился Элмер:
– Не грусти, Чес. Я говорю, что сейчас время улыбкам править миром. Другими словами, э, смерть хмурым взглядам! Вспомни короля демонов из мультиков, который захватывает мир. Он скалится от уха до уха, верно? Он улыбается не потому, что завоевывает мир – парень получил мир, потому что улыбался. Поэтому мы сейчас должны улыбнуться раньше него, и поделиться пищей с голодающими всего мира, чтобы они тоже смогли улыбнуться…
…А может, лучше и не понимать его.
Чес отчаялся, а Нил высокомерно обернулся и прервал травлю:
– Элмер, сейчас не время читать одну из твоих проповедей. К тому же, для горожан ты как раз король-демон. Я заявляю: ты должен сдержать обещание. Теперь говори.
– Элмер, Нил прав. Когда мы вчера спросили одну из девушек, она сказала, что её выкрали из городка как живую жертву. Она не захотела вдаваться в подробности, но… что происходит? Непохоже, что ты проявляешь жестокость, но посмотрим по твоим ответам, насколько серьезными будут последствия.
Усмешка на секунду исчезла с лица Майзы, но Элмер только рассмеялся под пристальным взглядом.
– Э? Выкрали? Ты не думаешь, что это плохо звучит? Горожане всего-то предложили их, когда я попросил живых жертв.
– Это то же самое.
– Нет, не то же. Видишь ли…
Элмер дернул головой, будто говоря, что это длинная история, и со вздохом принялся объяснять, что случилось.
Рассказывать о том, как в городке появился демон.
– Так, откуда же мне начать… Точно. Всё началось, когда меня убили в городе.
------
Декабрь, три года назад
Когда Элмер обнаружил поселок, перед ним предстала молоденькая девушка.
Её униженное до раболепия поведение возбудило его любопытство, но он решил пока отложить его и позволить ей показать окрестности.
Сами горожане к нему не вышли – дома оставались тихими, а двери закрытыми. Но с него упрямо не сводили множество глаз из-за темных окон.
– Дорогая, ой-ой-ой. Я спиной чувствую голодные взгляды диких зверей. Это ужасно. Не это ли подразумевают, говоря о тяготах популярности? А, может, меня собираются похитить инопланетяне… Как думаешь, популярность среди пришельцев означает, что я вселенски привлекателен?
Болтая об ерунде, Элмер следом за девушкой пробрался к хижине, одиноко стоящей на окраине поселка.
– Вау, это оно? Серьезно?
Эту древнюю хибару ни в каком смысле нельзя было назвать «хорошей». Судя по виду, следующий же приличный снегопад окончательно разрушит здание. Одна из дверных створок совсем отвалилась и, в сочетании с разбитыми окнами, вряд ли вообще защищала от холода.
– …я думаю, в этом есть смысл. Непохоже, что здесь кто-то живет… Нет, прости, если я показался неблагодарным. Ты всё-таки пыталась помочь, и я действительно говорил, что мне с головой хватит убежища от ветра и дождя… Да, думаю, стоит остаться здесь в знак уважения к твоей заботе. Я отплачу тебе завтра: расскажу всё-всё про Рождество, так что просто жди!
С этими словами Элмер попытался распрощаться в девчонкой, но она почему-то направилась за ним внутрь.
– Ммм? Ах, всё в порядке. Я тут и один справлюсь, так что можешь идти домой, – с улыбкой сказал Элмер, но девочка с тенью неуверенности ответила:
– Это… мой дом.
– А?..
С застывшей на губах усмешкой мужчина еще раз оглядел темное помещение.
И улыбка медленно сползла с его лица.
В лачуге, которая даже с огромной натяжкой не могла назваться пригодной для проживания, сидели, уставившись на него, несколько девочек.
Одеты они были очень бедно и все, как одна, демонстрировали абсолютное отсутствие эмоций. К тому же, выглядели девочки очень похоже, будто сестры.
Элмер остановился, ошеломленный, потому одна из девчонок – та, которая привела его сюда, – осторожно открыла рот.
– Я думаю… еще один человек как-то влезет… а если будет слишком тесно, я могу спать снаружи…
----
Сейчас
– Нет, поймите меня! Я был совершенно ошарашен. Будь это стайка красоток – я был бы вне себя от счастья, найдя такой гарем. Но неужели вы думаете, что я способен посягнуть на девочек, которым по виду не дашь больше пятнадцати? Говорят, такое популярно в японских комиксах – но в реальной жизни весьма шокирует!
Элмер, всё ещё привязанный к стулу, продолжал болтать о прошлом. Рассказ казался неправдоподобным, но Майза и остальные уже видели девочек, настолько похожих друг на друга, потому решили слушать дальше.
– Так что ты сделал потом?
– Ах, да. Для себя я решил, что они сестры, потерявшие родителей, или их запугивают деревенские парни, так что я держался подальше от этой темы. На следующий день я прошелся по деревне, но ни один из жителей не показался. Я знал, что они наблюдают издалека, но, когда я попробовал подойти и поговорить с ними, они все разбежались. В общем, я просто решил плюнуть на них и поискать для девочек местечко получше, чем их дом. И нашел этот замок. Я слышал, деревенские не ходят сюда – считают, что здесь живет монстр, но, осмотревшись, я ничего не нашел. Так что я немного расчистил это место, и сейчас мы живем здесь вместе.
– Это можно понять. Но почему тебя самого здесь считают монстром?
Элмер развязно ухмыльнулся.
– Мне просто хотелось немного приукрасить это место к Рождеству – это же настоящий заснеженный замок, понимаете? Девочки меня выручили, так что мы успели преобразить всё буквально за ночь. Не было, правда, ни цветной бумаги, ни чего-нибудь еще, так что мы использовали палки и камни, но… В общем, в любом случае, местные жители примчались на следующий день – как раз на Рождество. Я подумал, что они наконец-то решили выйти на контакт. Понимаете, я ожидал чего-то вроде небольшой рождественской вечеринки, чтобы со всеми подружиться, – а они все держали в руках оружие! И требовали, чтобы я немедленно покинул деревню! Я пытался защитить девочек, но столкнувшись с серпами и мотыгами, понял, что их в дюжину раз больше. Что за ужасная ситуация!.. Ну как? Уже подпрыгиваете на стульях?
– Пожалуйста, скажи, что ты нас не разыгрываешь?
– Вы так смотрите, будто я заправский враль! Нет-нет, я говорю правду, честно… Ну, ладно, короче говоря – я умер.
Глаза Сильви удивленно округлились.
– Что… Как?!
– Я немного поплакался им, и здешний мэр, Дез, внезапно решил здорово треснуть меня по голове. И не только это…
– Они видели твою регенерацию, – тихо закончил вместо Элмера Майза.
Должно быть, он оказался прав, потому что Альбатросс отвел взгляд.
– Когда я пришел в сознание, в моем сердце торчал деревянный кол. Вы просто не представляете, насколько это больно. Честно, мне даже немного жаль вампиров!
– Я понимаю. Сердце болит сильнее всего остального, – внезапно произнес Чес, вспомнив что-то, и вздрогнул, будто окунулся в холодную воду.
– Ну… как только я вытащил его – тут же оправился, и… так как в итоге никто не умер, я решил исправить любые недоразумения между нами. И направился обратно в деревню.
– Что?!
– Здешние жители выглядели так, будто испугались собственных шуточек. Не могу вам передать, насколько это было забавно. Торговка фруктами на главной улице упала замертво, едва заметив меня… В конце концов жители снова меня окружили, но на сей раз сожгли заживо. Я убежал на последнем издыхании, весь в огне, и кинулся в сугроб. Пламя погасло, но тело покатилось дальше, и в итоге меня облепило снегом. Но, так или иначе, снег меня спрятал, поэтому, полагаю, трюк сработал.
Повисло молчание.
– Наутро встало солнце и осветило сугроб. Когда снег растаял, и сознание вернулось, я заметил, что нижняя часть тела совсем заледенела! Возвращение в замок заняло целый день, но, так как никто не умер, я решил исправить любые недоразумения между собой и жителями и на следующий день направился обратно в деревню.
– Но… – Сильви внезапно прервала его, будто желая о чем-то спросить, но Элмер проигнорировал её и продолжил.
– Здешние жители выглядели так, будто испугались собственных шуточек. Не могу вам передать, насколько это было забавно. Торговка фруктами на главной улице убежала с воплями, едва заметив меня… В конце концов, жители снова меня окружили, связали и бросили в реку. Ах… выбравшись, в конце концов, на берег, я пошел через лес обратно в деревню. Так как в итоге никто не умер, я решил исправить любые недоразумения и…
Возможно, почувствовав атмосферу вокруг, Альбатросс вздохнул и предусмотрительно прервался.
– В любом случае, я продолжал ходить туда день за днем.
– Я заявляю: ты идиот.
– Не издевайся так надо мной, Нил. Я думал, что, если буду снова и снова приходить с улыбкой, неважно, сколько раз меня убивали, то рано или поздно они поймут, что я не хочу им вредить.
– На твоем месте я бы немедленно уехал.
Нил высказал очевидный ход мыслей, но Элмер лишь спокойно покачал головой.
– Видишь ли, я не добился своей цели… Ммм, думаю, я объясню позже. В любом случае, я собирался придерживаться плана… но потом увидел девочку, которая в первый день показала мне дорогу к своему дому, с огромным синяком на лице… А когда я спросил, в чем дело, она сказала, что её ударил мэр. Ну, это меня всерьез рассердило… так что я решил сыграть с горожанами пару шуток. Когда я показал им пару трюков, которые выучил ещё в те времена, когда дурил людей алхимией, она начали относиться ко мне совершенно по-другому, как к королю-демону или что-то вроде.
До сих пор Сильвия молчала, но теперь, наконец, решила высказаться.
– Нда… люди в этой деревне тоже ненормальные. Ты даже не думал о том, чтобы навредить им, но они продолжают видеть в тебе врага…
– Здесь нет ничего ненормального. Говорят, в Европе во времена охоты на ведьм было даже хуже. Это правда, что тогда были и инквизиторы, готовые сделать что угодно за деньги, и другие, которые обвиняли в ведьмовстве лишь для того, чтобы насладиться чужой болью, но поведение обычных людей было ничуть не лучше.
Несмотря на совсем не смешную тему разговора, Элмер расхохотался.
– Вы, ребят, не понимаете, насколько страшными могут быть обычные люди. Просто не замечаете ужаса, который может вызвать любой Джо Блогс* с улицы.
Улыбка мужчины становилась все шире, пока он вспоминал вещи, через которые ему пришлось пройти.
– Люди, поглощенные собственной жадностью, становятся варварами. Но большинство может себя контролировать. Те самые, которых мы зовем «нормальными людьми». Но знаете, что даже сильнее, чем жадность, может вызвать такую же первобытную реакцию? Я отвечу. Это страх.
– Хмм, не могу сказать, что полностью разобрался, но я понимаю, – кивнул мужчина в маске, и Элмер тихо склонил голову в ответ.
– Люди используют свой страх, чтобы оправдать применение силы. Чтобы защититься. Это позволено любому в толпе перепуганных людей. Хотя должен сказать, что оказаться по ту сторону довольно неприятно, ха-ха-ха.
Элмер на секунду остановился, и, отдышавшись, продолжил историю в совершенно ином направлении:
– Так что давайте сменим тему. Я попросил деревенских приносить мне живую жертву каждый год. Это была шутка, конечно, но люди, должно быть, приняли её всерьез, потому что они правда отдавали мне по девочке каждый год. Мне пришлось просить еще и о еде для того, чтобы их прокормить. Хотя я думаю, что это справедливо, принимая во внимание все издевательства горожан над девочками.
– Еда это одно, но проблема остается. Сейчас мы проигнорируем и вопрос твоих шуточек. Всё, что мы хотим знать, это природу этих девочек…
Как только Майза перешел к сути дела, тело Элмера издало несколько щелчков.
И пока остальные смотрели широко распахнутыми глазами…
– К слову о шуточках, я показывал им что-то вроде этого, муа-ха-ха-ха-ха!
Из тела Элмера внезапно повалил дым.
Элмер отшатнулся назад и, по-прежнему смеясь, исчез за дымовой завесой. Нил торопливо схватился за подлокотник кресла, но там остались только ослабевшие веревки и газовый баллончик.
– А что за звук мы только что…
– Ну, похоже он вывихнул себе суставы. Ммм… какой непредсказуемый человек.
Голос Элмера раздался с потолка, будто издеваясь над ними четырьмя:
– Не волнуйтесь! Даже если вы не сможете меня поймать… Февраль! Всё откроется в феврале, так что…
-------
Утро, 26-е декабря, 2001
Старый замок

Небо было ясным и пронзительно синим, воздух – холодным и резким.
Замок не выглядел большим снаружи, но, находясь внутри, Сильви быстро осознала его настоящий размер. Держа в руке новогоднее украшение, она оглядывалась по сторонам и тяжело вздыхала.
– В любом случае, что же должно случится в феврале?
Это значило, что следующие тридцать пять дней ей придется провести в этом замке: жестокое наказание для женщины, всегда наслаждавшейся плодами цивилизации.
Сколько лет прошло с тех пор, как она была где-то, где нет душа, телевизора и хотя бы парочки магазинов?
Теперь же, если задуматься, с тех пор, как они вошли в лес, странные вещи случались одна за другой. Изолированный городок. Девчонки на лошадях. Странно построенный замок. Старый друг, который теперь правит, как демон. И горожане, которые неестественно сильно его боятся.
В сравнении с прошлым годом, когда она отмечала конец первого года двадцать первого века, эта деревня смотрелась, как выдуманный мир из книги или фильма.
– Честное слово… такое ощущение, будто это место застряло во времени сто лет назад… нет, даже раньше, – пробормотала себе Сильви, еще раз взглянув на гирлянду в руке.
Приготовленные Элмером изысканные украшения воссоздавали новогодние традиции со всего света. Их развешивали там, где говорили девочки: они передавали требования Элмера так, будто постоянно находились с ним на связи.
Но девочки не склонны были говорить о себе. В первую же ночь пребывания в замке гостей Майза предложил им, если хотят, вернуться в деревню – он бы объяснил ситуацию Элмеру – но они лишь покачали головами.
Если подумать, мы даже не знаем их имен.
Поняв, что не знает даже, как зовут девочек, бок о бок с которыми прожила месяц, Сильви решила с ними сблизиться. Она тут же захотела с ними поговорить, но возможности пока не выпадало.
И вот однажды, когда она, охваченная странным чувством потери, собиралась в одиночестве встретить полдень, представился неожиданный случай.
– Эмм… Господин Элмер сказал, что если кипяченная речная вода подойдет, он может приготовить ванну для вас…
Кто-то внезапно заговорил с Сильви, стоявшей в дверях и изучающей японские кадомацу**. Она обернулась и увидела одну из «жертвенных» девочек, которая стояла в луче света из открытого окна и неуверенно оглядывалась.
– Передай ему, пусть придет и скажет сам.
– Ах, да… прошу прощения…
– За что ты извиняешься? И тебе не обязательно звать кого-то вроде Элмера «господином», да и других людей тоже.
Сильви тепло улыбнулась, подошла ближе и пригнулась, чтобы оказаться на уровне глаз девочки. Чуть склонив голову к плечу, она сказала:
– Я Сильви. Сильви Люмьер. Если ты не против, можешь сказать своё имя?
Девочка выглядела немного удивленной, но улыбка Сильви, кажется, успокоила её: она нерешительно произнесла:
– Я… Меня зовут Фил.
– Правда? Спасибо, Фил! Знаешь, ты не обязана обращаться ко мне на «вы». Называй меня просто Сильви.
Внезапно Сильви кое-что поняла. Надо было это заметить ещё в момент первой встречи с Фил, но тогда её слишком отвлекла странная атмосфера городка в целом.
– Ты… говоришь по-английски?
– Д-да. Господин Элмер когда-то сказал, что это может мне пригодиться…
Сильви внимательно слушала. Несмотря на то, что акцент Фил был немного специфическим, понимать её было несложно. Элмер явно учил их с определенной целью.
– Он же не пытался тайно вас отсюда похитить, правда?
Но едва договорив, она поняла, что если Элмер говорил правду, то велика вероятность, что девочек в городке оскорбляли. В таком случае, увезти их отсюда – не обязательно плохо.
– Думаю, это вам, девочкам, решать.
– Простите?
– Ах, эмм, ничего. Просто мысли вслух.
Сильви спокойно наклонила голову в сторону и взглянула на Фил.
Девочка избежала её взгляда, неуверенная в том, куда следует смотреть… и скоро, пробормотав «Простите», она попробовала уйти. Но Сильви пошла рядом, приспосабливаясь к шагу Фил.
– Эммм… что…
– Это связь, не так ли? Я хочу узнать о тебе немного больше. Как насчет небольшой прогулки во внутреннем дворе?
Девочка остановилась и безмолвно застыла. Движений было неестественно мало для обычной нерешительности, но скоро она подняла голову и взглянула на Сильви без всякого выражения.
– Хорошо. Господин Элмер только что разрешил мне.
…только что?
Не в состоянии понять, о чем говорит Фил, Сильви на мгновение заволновалась, но решила, что девочка, наверно, ошиблась в грамматике из-за недостаточного понимания языка, и выбросила это из головы.
Вряд ли она знала, что странное утверждение фактически проявило истинную природу Фил…
-------
Несколько часов спустя
Дом мэра

– Я скоро вернусь, отец, – произнес сын мэра, едва солнце выглянуло с южной стороны деревни.
– Делай, что хочешь, – грубо ответил Дез. На столе перед ним лежали остатки завтрака и стоял стакан с водой.
В доме старосты было и несколько больших шишек со вчерашнего собрания. Они только назывались «шишками», на самом деле не занимая никаких должностей: просто их мнения имели гораздо больший вес, нежели слова простых жителей.
В отличие от мэра, эти люди с явным беспокойством смотрели на Фелта, шагнувшего к двери. Когда он уже взялся за дверную ручку, один из мужчин – на вид самый старший из них – внезапно заговорил:
– Ты действительно решился идти?
– Если мы пойдем все вместе, то только насторожим их. А мы всего лишь хотим посмотреть, чем они занимаются, так что лучше я пойду шпионить в одиночку.
– Но всё равно, ты же сын мэра. Ты не должен этим заниматься.
– Если не я, то кто же? Никто другой добровольно не пойдет. И раз уж я сын мэра, то смогу хотя бы попробовать договориться, если меня поймают.
– Да, это правда, что ты храбрее нас…
– Отпустите его, – внезапно сказал со своего места Дез, отгоняя тревоги горожан.
– Вовсе необязательно было это говорить!
– Единственная причина, по которой твой сын уходит, – ты сам неспособен…
Все люди в комнате протестуя повысили голос, но ответ мэра был холодным и кратким.
– Так почему вы сами не пошли?
– Ну-у…
– Достаточно, отец, – сказал Фелт и вышел из дома на мороз.
Бормоча себе под нос и косясь на Деза, горожане последовали за ним.
– Какой хороший юноша…
– С тех пор, как умерла его жена, он стал совсем другим человеком…
– Без сына даже тарелку помыть неспособен…
– Мне жаль юного Фелта…
Дез опрокинул стакан воды и фыркнул, игнорируя глумливые комментарии горожан.
– Пффф.
Убедившись, что остался один, Дез позволил себе хитрую усмешку. Расфокусированным взглядом он смотрел в потолок и ухмылялся.
Выражение его лица и крайне безучастная и лишенная чувства улыбка заставили бы любого наблюдателя замереть от ужаса или отшатнуться от отвращения.
То есть, любого, кроме некоего любителя улыбок, которого жители поселка боялись, как демона.
-------
Утро
Сегодня будет очень насыщенный день.
Я этого ожидала.
Я должна снять рождественские украшения и начать подготовку к празднованию Нового Года.
Но сегодня всё не так. Здесь люди.
Люди «извне» леса. Я думаю, они старые друзья Господина Элмера.
Они хорошо ко мне относятся. И сначала это было больно.
Но сейчас всё слегка по-другому. Потому что я решила надеяться, что, возможно, я смогу уехать вместе с ними.
Может быть, моё желание предаст меня. Но до тех пор я, по крайней мере, смогу держаться за мечту.
Я привыкла к боли. Даже если они уедут из леса, это будет всего лишь возвращением в обычное состояние. Первые дни, неизменные дни. Дни, когда я жила лишенная надежды и мечты, погрязая в трясине забвения до тех пор, пока шаг за шагом не потеряла даже способность мыслить…
Я прекращаю размышлять, моё настроение портится.
Я решаю полностью сосредоточиться на подготовке к Новому Году.
Эти кадомацу мы использовали и в прошлом году… Кажется, обычно их полагается делать из растений под названиями «бамбук» и «сосна», но в этой стране такие не растут. Господин Элмер сказал, что однажды покажет мне настоящие, но, наверно, это невозможно.
В моем разуме оживают самые старые воспоминания.
Место, которое не здесь, – больше похоже на окрестности того, где я «возрождаюсь» снова и снова.
В комнате, стены и потолок которой не каменные и не деревянные, меня гладит по голове человек.
– …Тот лес – твоя бутылка и твоя колба, – говорит он. – Вы существа, которые не могут жить снаружи…
Ах, теперь я наконец мучительно понимаю, что он подразумевал.
Неважно, как много я мечтаю, как сильно я желаю, в итоге мы…
– Привет, – внезапно раздается знакомый голос, и я оборачиваюсь.
Передо мной у хижины на окраине поселка стоит Господин Фелт.
– Ах..
– Я собираюсь сейчас отправиться в замок, – говорит он и бесстрастно смотрит мне в глаза.
– Что мне делать? Для тебя товарищи демона это…
Он обрывает себя на полуслове и опускает взгляд.
– Прости, ничего такого.
Возможно, Господин Фелт заметил, что я ошеломлена, потому что он спрятал лицо в ладонях и, отвернувшись, заговорил:
– Всё в порядке. Я мог бы повторить то, что сказал позавчера, но… Я прослежу, чтобы ты не стала живой жертвой.
– А…
Я теряюсь ещё сильнее. О чем вообще говорит этот парень?
– До сих пор мы поджимали хвост и выполняли приказы демона, но я тебе говорю, мы собираемся изгнать его из леса до февраля – до того, как тебя предложат в жертву. И тогда, ну… Сейчас я не могу ничего сделать из-за отца, но как только мы избавимся от демона, полагаю, я наберусь храбрости. И приложу все усилия, чтобы горожане больше тебя не мучали.
Господин Фелт кивает, его глаза полны убежденности. А я недоумеваю, что делать.
Под демоном он подразумевает Господина Элмера и его друзей. Если их вынудят уехать, мое желание мгновенно станет невыполнимым. Но только что сказанных слов Господина Фелта более чем достаточно, чтобы заменить мечту.
– Увидимся, – говорит Господин Фелт и уходит.
… Что мне делать? Просто дожидаться развязки, плывя по течению? Или сделать свой ход? Если так, то что я должна попытаться сделать?
Ах, сомнения гложут мой мозг. Если бы, если бы, вот сейчас… Если бы Господин Фелт улыбнулся хотя бы краешком губ, если бы подарил мне бескорыстную улыбку, как у Господина Элмера, то, может быть, я бы сумела найти в этом поселке капельку надежды.
Оправдываясь подобными бесполезными мыслями, я понимаю, что снова решила позволить этому потоку увлечь себя.
Но честно говоря… я тоже хочу улыбаться.
Прямо сейчас я не могу искренне улыбаться. Я не могу даже выдавить фальшивую улыбку, потому что это будет предательством Господина Элмера. Я не могу даже одурачить саму себя.
И снова я прекращаю размышлять и сосредотачиваюсь только на кадомацу у входа в замок.

-------
Полдень
Замковый сад

Сильви и Фил гуляли, наслаждаясь компанией друг друга под необыкновенно ясным синим небом. Солнце светило ослепительно ярко, но здесь все еще была зима – будто в доказательство этому, их дыхание появлялось белым паром в холодном воздухе.
Сад неплохо сохранился – возможно, благодаря Элмеру – и грязная, протоптанная дорожка вела от главных ворот прямо в замок.
Во время прогулки Сильви задавала Фил множество вопросов. Она хотела узнать немного больше про саму Фил и про цели Элмера, но все её усилия оказались безрезультатными. Кажется, Фил совершенно не желала говорить о себе и на все вопросы отвечала либо неловкой гримасой и склоненной головой, либо коротким «Простите, я не знаю». Было больше похоже на то, что она сама совершенно не знала, кто она такая, нежели на нежелание отвечать.
Сильви не хотела, чтобы девушка чувствовала себя, как на допросе, поэтому она попыталась болтать о пустяках, но Фил отказывалась вести разговор.
За всю беседу Фил только раз, ближе к концу прогулки, сказала нечто, засевшее у Сильви в мозгу.
Когда Сильви заговорила о других девушках, живущих в замке.
– Точно. Другие девочки… Они все очень похожи на тебя. Вы сестры?
Сильви упомянула это мимоходом, но, услышав вопрос, Фил внезапно растерялась сильней всего за целый день. Она помолчала, словно обдумывая, что сказать, и тихо произнесла:
– Эм… Я не уверена, но… я одна живу в замке.
– Что?..
Что бы это могло значить? Смущенная Сильви задумалась… но её внезапно прервали.
В углу сада двигалась маленькая тень.
Но Сильви не стала всматриваться, а привычно улыбнулась девушке и промурлыкала ей на ухо:
– Ветер усиливается, Фил. Не возражаешь, если мы пойдем внутрь?
– Нет, – послушно согласилась Фил, наверно, даже не заметив тень.
Они вернулись в замок, не оглядываясь на сад.
Оставляя тень позади на холодном ветру.
-------
– Хм, кажется где-то здесь должен быть вход в подземный туннель.
– Похоже на какой-то потайной ход. Не ожидал встретить подобное в этом замке.
Нил и Майза тщательно обыскивали замок и обнаружили лестницу в том, что казалось кабинетом. Хотя на самом деле это сложно было назвать «кабинетом» – маленькая комнатка, заполненная книжными полками, но сами книги почти все сгнили. Зато благодаря этому легко нашелся механизм, двигающий полки.
– Давай спустимся.
– Секундочку. Сначала давай глянем, что тут за книги.
Майза придержал Нила и потянулся к немногим уцелевшим документам. Эти тоже почти развалились от старости, но они сумели разобрать буквы на страницах… и переглянулись.
– …Выглядят очень знакомо.
– Я заявляю: согласен.
Казалось, что Майзе попалась случайная книга… но нет. Он прочел надписи на других обложках и уверенно высказался:
– Большинство здешних книг… написаны на тему алхимии. В частности…
После слов Майзы глаза Нила, спрятанные в глубинах маски, тихо засияли.
-------
«Меня заметили…»
В тени парка Фелт затаил дыхание, потирая взмокшие ладони.
Он сумел проскользнуть в сад незамеченным, потому что главные ворота стояли нараспашку, но тут же наткнулся на одну из девушек, отданных как живая жертва. Она гуляла по саду в компании чужестранки, недавно приехавшей в поселок.
Он спрятался за ближайшим к воротам деревом, а парочка медленно приближалась, поглощенная беседой. Фелт решил, что если он останется на месте – его обнаружат, и бросился к другому дереву в углу сада, как только девушки отвернулись.
Но когда он высунул голову, чтобы посмотреть, что происходит, они остановились и, обменявшись парой слов, развернулись и отправились в замок.
Может быть, они заметили его и собирались сообщить остальным.
Встревоженный Фелт стоял как вкопанный и ждал, что будет.
– Скажем так… – бормотал он под нос, изучая из укрытия замок. – По сравнению с прошлым годом, тут стало куда симпатичнее…
На каждом окне висели странные гирлянды, в основном раскрашенные в красный и белый. Цвета совершенно не сочетались с каменной кладкой, заставляя замок выглядеть ещё более нелепым. Но горожан эта странность скорее пугала.
У входа стояли две скульптуры из лесных деревьев. Две палки срезали под углом и воткнули в землю, а сверху привязали хвою. Это напоминало оружие, какую-то ловушку или даже шаманский тотем и наполняло сердце Фелта странным волнением.
Напрягшись до предела всем телом, он сглотнул.
– Привет, – внезапно раздался голос.
От шока парень похолодел.
Потные ладони моментально высохли, дыхание перехватило, и он понял, что неспособен даже повернуться.
Его разум, в любой момент готовый взорваться, заметался в панике, но тело не слушалось приказов. Будто внезапное потрясение оборвало связь между сознанием и телом.
За спиной парализованного Фелта звучал голос, способный развеять его опасения. Звонкие ноты тепло обнимали его плечи.
– Тебе не холодно здесь стоять? Почему бы не зайти внутрь и не выпить чаю?
Наконец Фелт собрался с духом и медленно оглянулся.
Позади него с нежной и приветливой улыбкой стояла прекрасная незнакомка, которая только что ушла в замок.
-------
Гостиная замка
Алое пламя камина слабо освещало удивленное лицо Фелта.
Напротив него за столом сидели Сильви и Чес. Они пытались позвать и Майзу с Нилом, но, как ни старались, не смогли их найти. Думали поискать ещё немного, но решили, что Фелт почувствует слишком большое давление, если их будет четверо, и поэтому сейчас только Сильви и Чес слушали историю парня.
– Мм, с чего начать? Я Сильви, а это – Чес. Приятно познакомиться.
– А, а… Ну, э, меня зовут Фелт Нибиль.
Даже застигнутый врасплох, Фелт решил говорить правду и назвал своё имя. Он боялся, что в худшем случае провалит переговоры и попадет в темницу, но даже в самых невероятных мечтах не представлял, что его пригласят в гостиную и дружелюбно представятся.
– Ты пришел выслеживать нас? – презрительно усмехнулся мальчик, сидящий возле Сильви.
Пойманный на горячем Фелт повесил голову, не находя оправданий.
– Полегче, Чес. Это наш гость, нельзя с ним так разговаривать.
– Но…
– Да ладно. Не кривись. Твоему милому личику это не идет.
Сильви весело засмеялась, когда пунцовый Чес, закрыв рот, издал придушенный звук. Фелт, однако, ничего не понял, потому что они говорили по-английски.
– Извини, не волнуйся. А, всё в порядке. Из нас только Нил, парень в маске, не понимает ваш язык, так что можешь рассказать нам всё, что захочешь.
Несмотря на успокаивающие слова Сильви, Фелт понял, что не может придумать, что сказать. Нельзя же вот так сразу приказать им убираться из поселка – а к обсуждению жертвенных девушек атмосфера как-то не располагала. Более того, переговоры нельзя вести в отсутствие демона Элмера.
И тут в мозгу Фелта всплыла другая идея. Возможно, эти двое такие же чудовища, как и Элмер.
Любопытство росло и росло, и Фелт, наконец, заговорил, пытаясь перехватить ведущую роль в разговоре.
– А… Что вас связывает… с тем, кого называют Элмером?
Хотя вопросы был весьма иносказательным, Сильви быстро поняла, что он подразумевал, и, лукаво улыбнувшись, сказала правду:
– В принципе, мы с мальчиком такие же, как Элмер. Полагаю, можно сказать, что мы бессмертны и почти моментально излечиваем любые раны… примерно так?
Ошеломленный таким будничным признанием Фелт пошатнулся от шока. Этого исхода он больше всего боялся, но голос Сильви был настолько приятен, что он заслушался и с трудом вникал в слова.
– Бессмертные… значит, что вы… злобные создания?
Фелт подавил растущее смятение и с трудом выдавил вопрос. Сильви же, напротив, ответила по-прежнему легко:
– Мы не злобные. Мы обычные люди, а не демоны. Хотя, полагаю, мы получили некоторую помощь от создания, которое считает себя демоном. О, верно. Раз мы уже подружились, может рассказать тебе подробнее?
– Подожди, разве мы можем себе позволить такие разоблачения?
Изумленный Чес попытался удержать Сильви, которая просто улыбнулась и кивнула.
– Всё нормально, нормально. Мы ничего не потеряем, если расскажем, а он сам пусть решает, верить нам или нет. А, и опять же, если он верит в «злобных созданий», то, думаю, ему не составит труда проглотить и эту историю.
Фелт распахнул глаза, словно эти слова что-то ему напомнили, и внезапно снова обрел дар речи.
– Точно… А что с «чудовищем» этого замка? Что случилось с чудовищем, которое должно было жить здесь до прихода Элмера?
Озадаченные прямым вопросом Фелта Сильви и Чес переглянулись.
– Чудовищем?
– Э? Вы… вы не знаете? Говорят, оно жило в замке десятки лет.
– Чудовище? Элмер не упоминал о нем… Даже о чем-то отдаленно похожем.
Долгую минуту Фелт молча смотрел Сильви прямо в глаза, а потом медленно и облегченно выдохнул.
– Ясно… Должно быть, просто слухи…
Он очень тихо, словно разговаривая сам с собой, закончил фразу, опустил голову и расслабился всем телом.
– Извините, что побеспокоил вас странным вопросом. Э… Мне на самом деле любопытно, кто вы такие…
Фелт добавил в голос бодрости и попытался сменить тему. Страх и ненависть мгновенно исчезли из его голоса. Сильви, вероятно расслабившись, мягко улыбнулась и начала выкладывать свою историю молодому горожанину.
– Хорошо. С чего бы начать? Всё началось триста лет назад…
Прошлое лилось с губ Сильви и оживало перед глазами двух мальчишек. Фелт, никогда не видевший внешнего мира, не мог его себе ярко представить, но к Чесу воспоминания возвращались ностальгическими картинами и звуками.
Перед ними разворачивались бесконечно прекрасные и в то же время бесконечно печальные сцены.
-------
– Я заявляю: я ничего не вижу.
– Необязательно было сообщать. Сейчас, я включу свет…
По лестнице из кабинета Нил и Майза спустились под землю. Разумеется, в тоннеле не было никаких лампочек – Майза поднял взятый из машины фонарь, с которым они обыскивали замок, и посветил вокруг.
Тоннель шел прямо от входа, и метрах в десяти от них каменная кладка заканчивалась, переходя в стены из плотно слежавшейся глины.
Они осторожно переглянулись и медленно двинулись вниз по тоннелю. И, пока спускались по холодному сквозному ходу, подытоживали всё, что знали о горожанах.
– Черт! Да что это за лес такой? Изолированный поселок, странный замок, девушки в жертву и все эти книжки… Ты уверен, что это просто чьё-то частное владение?
– Да. Официально это место принадлежит богатому гражданину этой страны. Как я уже говорил Сильви и Чесу, я не сумел вовремя связаться с владельцем. Кажется, он унаследовал эту землю от предков, но не похоже, чтобы сейчас он ею занимался.
– Значит, богатенький сопляк проматывает состояние предков. С таким количеством земли семья протянет ещё поколения три… а вот для четвертого наступят трудные времена.
Раз Нил хладнокровно предсказывал жизнь других людей, то и Майза заговорил серьезно, вспоминая настроения поселка.
– Но… В поселке я заметил некоторые вещи, которые, я уверен, в окрестностях не найти, вроде украшений, которые приготовил Элмер.
– Хм. И?
– И ещё меня беспокоит мэр. Он сказал мне: «Ты не коробейник». Логично предположить, что бензин и прочие товары первой необходимости они получают от этого торговца… Но если он существует, то откуда приходит?
– Действительно. Я сейчас понял, что это весьма странно.
Но Майза не закончил, а продолжил вываливать на Нила свои сомнения.
– Я просто не могу понять. Этот замок, этот поселок… Такую площадь может пропустить обзорное сканирование, но чувствительный спутник наблюдения несомненно с точностью её засечет… плюс ко всему аэросъемка сейчас стала обычным делом. Где-то должна быть общественная организация, которая всё знает о том, как используется эта земля.
– Хм, правда?
– Да, и более того, необычен сам факт, что такой обширной территорией владеет один человек. Эта страна не слишком одобряет такие вещи.
На участке из красноватой глины им, двум высоким мужчинам, пришлось идти пригнувшись. В тоннеле было настолько влажно, что они почти ожидали услышать капель с потолка, но все равно продолжали разговор, пренебрегая грязью, которая заляпывала одежду.
– Другими словами, кто-то дергает за ниточки.
– Было бы странно, если бы никто не дергал. 21-й век на дворе, а поселок полностью изолирован от внешнего мира. СМИ и правозащитные организации ни при каких обстоятельствах такого не допустили бы.
– А три века назад это не казалось странным.
– Сейчас тоже. Условия немного другие, но замечательные истории всегда подстраиваются под времена.
– На самом деле? Полагаю, ты прав. Я тут подумал… Майза, а ты пользуешься интернетом?
– Немного. Я же не сидел на месте последние тридцать лет, в конце концов. И более того… неловко признавать, но современная обстановка меня слегка пугает. Подумать только, все знания и опыт, которые мы копили триста лет, сейчас можно за день найти в интернете… Хотя я звонил домой, и похоже некоторые из наших очень им увлеклись.
– Из нас, думаю, Хью научился им пользоваться.
– Как только мы отсюда выберемся, Элмер, скорей всего, тоже купит себе компьютер.
Заполняя время болтовней, они двигались к концу тоннеля.
Где-то по пути глинистые стены снова сменились каменной кладкой. В тупике слева из стены торчали камни, образуя лестницу. Майза посветил на потолок и увидел квадратную дыру, прикрытую каменной заслонкой.
– Похоже, нам надо подниматься.
– Готов поспорить, мы на кладбище. Эти тоннели всегда ведут в такие места.
– Тогда я ставлю на то, что мы у колодца позади замка.
После шутливых предсказаний Нил взобрался по каменной лестнице и аккуратно сдвинул крышку. Вниз посыпались земля и гравий, и Майза машинально вскинул руки, чтобы блокировать удары.
Каменная заслонка сдвинулась, и между пальцев Майзы проникли тонкие лучики света.
Нил высунул голову наружу и осмотрелся в лунном свете. Потом окончательно убрал с дороги камень и удовлетворенно сказал:
– Я заявляю: я выиграл.
Они оказались на кладбище, окруженном множеством деревьев, и сквозь хвою виднелись далекие отсветы замковых огней. Вроде бы они не так долго шли, но оказались дальше, чем предполагали.
– Похоже, я проиграл, – подосадовал Майза, медленно поворачиваясь и осматриваясь.
На маленьком кладбище они не заметили ни ведущей сюда дорожки, ни огораживающих стен. Полдюжины надгробий еле виднелись из земли между деревьями, так что обычный турист прошел бы мимо и не заметил.
Большинство могил стояли безымянными, только на камне перед выходом из подземелья была вырезана загадочная фраза. Будто кто-то записал на архаичном диалекте местного языка изречение одного из поселян.
«Вы, не знавшие человечности, да обретете здесь покой».
По сравнению с самим камнем слова выглядели не такими обшарпанными. Похоже, их оставили, самое большее, несколько десятилетий назад.
Эпитафия обеспокоила Майзу, но Нил, не умея читать на местном языке, заметил кое-что другое. Он уложил каменную крышку на место и повернулся к Майзе.
– Я спрашиваю тебя, Майза. Ты тоже заметил?
На секунду Майза отвлекся, но быстро понял, о чем речь, и кивнул.
– Действительно… похоже не померещилось.
– Хмм…
Они почувствовали странное несоответствие, ещё идя по тоннелю.
В прямо проложенном коридоре не должно было быть ничего кроме камней и глины, но…
…Они чувствовали присутствие кого-то третьего.
Кого-то, не похожего на крота или летучую мышь, но, с другой стороны, отличающегося и от обычного человека. Они не могли себе представить его внешность, но инстинктивно, по самому воздуху, чувствовали, что рядом есть «нечто».
Будто на них со всех сторон давил чей-то взгляд. Именно поэтому они прилагали столько усилий для поддержания разговора всё время пути.
– Я заявляю: с нами тут точно есть «нечто».
– Может быть, какое-то злобное создание.
– Вряд ли.
– Должно быть, просто показалось.
– Ладно. Спишем на это.
Они быстро переглянулись, смущенно засмеялись и зашагали мимо деревьев в замок.
Всё ещё чувствуя леденящее присутствие чего-то, затаившегося под закрытой каменной крышкой.
-------
– Так… Госпожа Сильви, вы только поэтому стали алхимиком?
– Ну, не совсем.
Сильви с остальными продолжали беседу в гостиной старого замка. Сначала Фелт стеснялся говорить, но вскоре его очаровало показанное ею «прошлое». А точнее, «внешний мир», о котором она говорила. Время от времени Сильви использовала непонятные слова, но как только он сообразил, что все они означают «снаружи», на него нахлынуло любопытство.
Может, она понимала его чувства, а может, и нет. Но улыбалась ему Сильви по-прежнему соблазнительно.
– Мой интерес к недостижимой мечте вроде «вечной красоты» возник из услышанной в детстве сказки. В сказках её желали ведьмы и злые королевы, но я подумала, что неплохо было бы хотя бы одному человеку в мире достичь этого абсурдного идеала.
Выражение глаз Сильви слегка изменилось. Только Чес, знавший её прошлое, заметил грусть, промелькнувшую в её глазах.
– Я поделилась со своим парнем, и он сказал: «Внешность – это ещё не всё». Он сказал, что любит меня такой, какая я есть. И… предложил выйти за него замуж и вечно жить вместе, если мы обретем бессмертие. Поэтому и родилась такая мысль. Я должна стать самой прекрасной женщиной в мире. А потом выйти за него замуж. Чтобы он гордился, что женат на самой прекрасной женщине в мире. Глупо, правда? Поэтому… я не сразу выпила зелье бессмертия.
Словно загрустив, Сильви расфокусированным взглядом смотрела в никуда.
Наверное, что-то почувствовав, Фелт поколебался, прежде чем спросить:
– Э… так что с ним случилось?
– Ты знаешь мужчину в очках? Его зовут Майза.
Парень облегченно выдохнул. Сильви исполнила своё желание и по-прежнему счастливо жила вместе со своим возлюбленным.
Но её история ещё не закончилась.
– Он был младшим братом Майзы. Я уже рассказывала тебе про Сциларда, да? Сцилард съел его самым первым.
– А…
Сильви печально усмехнулась, лишая Фелта дара речи.
Но вскоре она снова соблазнительно улыбнулась и небрежно взмахнула рукой.
– О, прости, не волнуйся. Мм… давайте поговорим про что-нибудь другое.
Фелт помолчал секунду и медленно открыл рот.
– Этот вопрос может показаться немного глупым, но…
Он смущенно отвернулся и озвучил желаемое. Ужас, который он демонстрировал им раньше, сменился страстным любопытством.
– Расскажите мне… про внешний мир. Что это за место?.. Я хочу узнать… больше…
-------
Я стою в тени у двери и подслушиваю их разговор.
Я знаю, что это неправильно, но не могу сдержать любопытство.
И я снова начинаю думать «а может быть».
Сначала казалось, что Господин Фелт опасается Госпожи Сильви, но теперь он выглядит очень счастливым. Господин Фелт всегда питал к нам с Господином Элмером меньше омерзения, чем остальные жители, но, судя по его нынешнему тону, не думаю, что он чувствует хоть какое-то отвращение к Госпоже Сильви.
Я… воображаю результат. Сколько десятилетий прошло с тех пор, как я занималась подобной бессмыслицей? Снова и снова я сочиняю идеальное будущее, и снова и снова меня предают.
Но сейчас, на этот раз, кажется, моё желание может исполниться.
До вчерашнего дня каждый раз, когда я пыталась нарисовать в голове будущее, меня атаковала боль.
Жестокость Господина Деза заставила меня помнить постоянную агонию.
Но сейчас всё по-другому. Я не знаю, что происходит, но… когда я думаю о лице Господина Фелта, я не помню боли, причиненной мне Господином Дезом.
Господин Фелт уговорит всех не бояться Господина Элмера, и тогда никто не пострадает, и…
…если поселок получит связь с внешним миром…
Как радостно это будет.
Я не могу покинуть городок. Но если снаружи придет больше людей похожих на Господина Элмера и поможет в развитии поселка, то для меня этого будет достаточно.
Я была рождена в бутылке и не смогу выжить вне колбы, которая лес.
Но я все равно желаю. Чтобы хотя бы капелька счастья добралась ко мне в поселок.
Мне негде жить, кроме этого городка, поэтому…
Я могу стремиться к счастью.
О, я помню. Я ясно помню. Эта эмоция называется радость.
В моих ли силах сделать то, что гарантирует, что поселок не исчезнет?
Если эта радость станет реальностью…
Тогда я конечно, несомненно смогу улыбнуться, как Господин Элмер.

-------
В то же время
Дом мэра

Пять очень похожих девочек жили в деревне.
Ни один из деревенских жителей не мог объяснить, кто они и откуда взялись.
Они были здесь, сколько нынешнее поколение горожан себя помнило, и обычно ничем не выделялись. Кажется, старики знали больше, но унесли этот секрет с собой в могилу.
Их всегда было пять, и, похоже, они вообще не старели. Каждые несколько лет, когда одна из девушек заметно слабела… через пару дней её заменяла новенькая.
История словно из оккультных фильмов, но горожане не слишком боялись.
Девушки заметно отличались от остальных, но горожане росли, зная их, и поэтому принимали их за должное.
Другими словами, они относились к девушкам так же, как и к «внешнему миру».
Если бы кто-то спросил, вряд ли он бы получил четкий ответ, и, хотя некоторые пытались подсмотреть «смену», они разделили судьбу тех несчастных душ, которые пропали в поисках «внешнего мира».
И чем дальше, тем больше и больше горожане мучили девушек.
Процесс ускорился благодаря усилиям нынешнего мэра Деза Нибиля.
Дез бранил их, заставлял бесплатно работать, а иногда даже бил. Но девушки не бунтовали, а молча выполняли все отданные приказы, не жалуясь, пока им доставался необходимый для выживания минимум еды.
Постепенно горожане начали подражать Дезу… и теперь никто в целом поселке вообще не заботился о нуждах и желаниях девушек.
Они даже не замечали, что всех девушек зовут одинаково…
-------
Пока Сильви потчевала его сына историями про «внешний мир», Дез Нибиль, человек, который заставил горожан издеваться над девушками, в одиночестве сидел, расслабленно откинувшись на спинку деревянного кресла, у себя дома.
Самый большой дом в поселке казался слишком просторным для человека, потерявшего жену.
– Пффф.
Усатый мужчина, один с своей комнате, невидящим взглядом смотрел в никуда.
И, по-прежнему в одиночестве, тихо бормотал в потолок…
– …Время пришло. Для поселка… и для этого тела.
На лице молчащего Деза застыла мрачная улыбка.
Он выглянул в окно и увидел, что в ясном небе медленно собираются тучи.
– И для них тоже…
Уверенный, что вскоре пойдет снег, Дез тихо усмехнулся.
Его безжизненная усмешка возникла в тишине… и в ней же утонула.
-------
Ночь
Перед воротами замка

– Э… я сегодня, э… простите, что побеспокоил вас.
Сильви мягко улыбнулась неуклюжему прощанию Фелта.
– Всё нормально. Если захочешь – приходи ещё.
– Конечно! Но скоро снег пойдет всерьез. Так что не могу сказать, когда появится возможность.
Казалось, Фелт уходит неохотно, но, как бы сильно ни желал, он не мог остаться в замке. Так что, множество раз попрощавшись с Сильви, он выдал ей последнее напутствие перед уходом:
– Я расскажу в поселке всё про вас. Не знаю, почему человек по имени Элмер продолжает требовать живые жертвы, но точно уверен, что вы – хорошие люди!
– Это необязательно.
До сих пор Чес лишь молча наблюдал за ними, но теперь заговорил и остановил уходящего Фелта:
– Горожане очень подозрительны. Если ты вернешься и начнешь внезапно нас расхваливать, они могут подумать, что мы украли твою душу или ещё что. Так что лучше скажи что-то вроде «Я не знаю, что у них на уме, но, думаю, сейчас они не угрожают нам».
Фелт на секунду распахнул глаза, но подумав, кивнул:
– Ты прав. Но я изо всех сил постараюсь рассказать им правду… В любом случае, до свидания!
И, ещё раз попрощавшись, Фелт вернулся в поселок.
– Что случилось? Непохоже на тебя – раздавать предупреждения.
– Замолчи, я могу делать, что хочу.
…Отвратительно получится, если в итоге мы ненароком начнем охоту на ведьм.
Это была главная причина, по которой Чес заговорил, но, если честно, то и хорошее впечатление, произведенное на него Фелтом, тоже внесло свою лепту. Когда он размышлял о своей слабости к детям, то вспомнил, что подобное уже случалось и раньше.
Он вспомнил девочку, которую встретил в поезде семьдесят лет назад… И внезапно вернулись и прочие воспоминания о событиях на «Flying Pussyfoot». Как и поезд, поселок был замкнутым местом. Бессмертный с внешностью мальчика неописуемо занервничал, но в итоге выбросил из головы беспочвенные волнения.
…Точно, в этом поселке нет Черного Железнодорожника.
Мысленно жалуясь на собственную трусость, Чес молча повернулся и направился обратно в замок.
-------
– Пум-пурум, па-ди-да, па-ду-ди-пум-пурум… а.
Странно мурлыкающий человек, украшавший крышу, внезапно остановился и посмотрел на наручные часы.
– Чем заняты остальные?
– Собрались в гостиной и обсуждают, как вас найти, Господин Элмер, – спокойно отозвалась девушка рядом, пока Элмер радостно раскладывал красно-белый занавес.
– А-ха-ха, понятно. Тогда, думаю, можно остаться здесь ещё ненадолго, – сказал он, возвращаясь к работе под очередной куплет бессмысленной песенки.
Через несколько минут, закончив подготовку красно-белого полотнища, Элмер снова повернулся к девушке.
– Они всё ещё в гостиной?
– …Да.
Девушка ни на шаг не сдвинулась со своего места, но точно докладывала об обстановке в очень удаленном месте.
– Хорошо. Я воспользуюсь возможностью. Хочу повесить этот занавес ночью 31-го.
Элмер радостно потянулся и направился к лестнице вниз. Но как только он подошел к башне со ступеньками…
– Пум-бум-бурум, тра-ля-ля… ля… ля?
Ликующие нотки внезапно сменились удивленными.
Как только он шагнул в дверной проем, из тени выскочили Нил с Майзой и схватили его под руки.
– Э? Что? Это неправильно. Она же сказала, что вы в гостиной.
Элмер выглядел сконфуженным, а потом вдруг изумленно воскликнул:
– Нет, не говорите, что вы умеете останавливать время?!
– Конечно, нет.
– Тогда как… стойте.
Элмер замер, а потом повернулся в хватке Майзы и Нила.
– Фил.
Девушка, идущая следом за Элмером, выглядела в точности как Фил. И звали её тоже Фил. Встретившись с ним глазами, девушка крупно задрожала.
– Простите, простите меня, Господин Элмер!
– Не нужно извиняться, – ответил ей мягкий голос, и из-под лестницы вышли Сильви с Чесом.
– Сильви… Нельзя учить людей врать!
– Прошу прощения? Я научила её только тому, что иногда врать можно, а иногда – нет. Особенно, если дело касается тебя.
Другая Фил с виноватым видом выглянула из-за спины Сильви. Элмер её заметил и вздохнул, сдаваясь.
– Ага, значит, вы догадались. Не думал, что вы так быстро справитесь.
Он грустно улыбнулся и подтвердил то, что они и так знали.
– Все Фил – это один и тот же человек.
-------
– Гомункул, правильно?
Все вместе они добрались до гостиной замка и снова усадили Элмера в кресло. Он пообещал на этот раз не сбегать, поэтому его не стали привязывать.
– Правильно, – удивительно спокойно сказал Элмер. – Когда вы узнали?
– Подозрений было много, но окончательно мы убедились совсем недавно, когда поговорили и обменялись собранной информацией.
Отвечая, Майза перевел взгляд на другую часть комнаты. Там бок о бок стояли, молчали и взволнованно смотрели четыре девушки.
– Сильви поняла, что у них общее сознание. Она сложила вместе несообразности из рассказов поселкового парня. Более того, по словам Чеса, он некоторое время наблюдал за ними, и, хотя они передавали тебе наши сообщения, он не видел, чтобы они лично с тобой разговаривали. И никто из нас не видел. Кроме того, ты передвигался по всему замку. Как бы ты смог избегать нас без камер наблюдения? За нами для тебя следили эти девушки.
– Ох, прекрати. Говоришь прямо как детектив.
– Я серьезно.
Майза с мрачным видом отчитал Элмера за легкомысленное поведение и перешел к сути дела.
– В кабинете замка мы нашли книги по алхимии. И все они на тему гомункулов – от широко известных текстов до глубоко еретических. Но непохоже, чтобы их собирал ты. В конце концов, если верить твоей истории, эти дети уже были здесь, когда ты приехал.
Элмер молчал.
– На этот раз расскажи нам точно. Не только про природу этих детей, но и про секрет поселка.
– Я расскажу в феврале, – веско ответил Элмер, видимо, впечатлённый серьезностью голоса Майзы.
– Элмер.
– Нет, я тоже серьезно. В феврале приедет кое-кто, кто сможет рассказать вам всё куда лучше меня.
– Кто? – спросила Сильви, любопытствуя, кто же может явиться в этот затерянный поселок.
– Коробейник, вот кто.
Остальные переглянулись: половина выглядела так, словно их ожидания оправдались, вторая – крайне удивленно. Удовлетворенный реакцией Элмер широко улыбнулся и задал Майзе свой вопрос:
– Ладно, Майза, я удивлен, что ты сохранил спокойствие. Она не идеально сделана, но всё-таки гомункул, создание, превосходящее возможности современной биотехнологии.
Теперь была очередь Майзы лукаво хихикать.
– Ну ладно, видишь ли, у меня в Нью-Йорке есть очень похожие знакомые.
Чес криво усмехнулся на остроту Майзы, и Элмер, видимо, что-то почуяв, замолчал. Нил и Сильви, напротив, пялились на лицо Майзы.
За окном сыпались бесчисленные снежинки.
Словно накрывая всю землю колпаком, белая завеса тишины опустилась на окруженную лесом местность.

-------
* – Джо Блоггс – английский вариант Джона Доу. Русская версия – Иванов или Вася Пупкин
** – Кадомацу — новогоднее украшение в Японии, изготовляется обычно из сосны, бамбука, папоротника и других предметов, перевязанных соломенной верёвкой. Выставляется на улице перед входом в дом или квартиру. Считается приветствием божеству Нового года и его временным пристанищем

@темы: Book 5, Перевод