Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
15:05 

Александра Вэн
Относись к этому аллегорически
Baccano! 1934: Alice in Jails


Глава 1 Часть 1: Идём в тюрьму


Остров, бывший когда-то частью города.
Отколовшийся от Сан-Франциско, этот кусок земли был даже меньше 1го квадратного километра*, почти целиком состоящий из скальных пород. Здесь, окружённое со всех сторон крутыми берегами, в центре стояло грубое бетонное здание.
Когда-то Алькатрас называли островом демонов, и атмосфера тут действительно была довольно мрачной.
Здешние места не были пригодны для жилья, до тех пор, пока не началась золотая лихорадка. Затем здесь возвели помещение для заключённых из порта Сан-Франциско. Во время Гражданской войны, сюда установили 111 артиллерийских орудий и только что изобретённую пушку Родмана, превратив скалу в морской форт. А так же его использовали как тюрьму для сочувствующих Конфедерации.
Когда нужда в военном укреплении отпала, остров превратили в тюрьму для военных преступников, среди которых были индейцы племени Хопи.
Созданная для того, чтобы помешать противнику попасть внутрь, это место идеально подходило и для того, чтобы не дать заключённым выйти. В начале века она была превращена в государственную военную тюрьму. В 1933 она перешла из рук армии к судебным властям и стала известна как самая защищённая федеральная тюрьма в Соединённых Штатах.
«Сбежать невозможно»
Это простое, но пугающее заявление заставляло заключённых трястись от страха, и успокаивало весь остальном мир. Да, Алькатрас был частью мира, но в то же время был полностью отрезан от него.
С этого момента тюрьма и остров стали местом действия многих фильмов, снова и снова воссоздаваемый в творчестве. За исключением «Побег невозможен» - в умах каждого ставшее глубоко укоренившимся и неопровержимым фактом.
Словно лишний раз доказывая его, пугающий и таинственный Аль Капоне был помещен туда в августе 1933-го. Мифы, окружавшие Алькатрас, были неиссякаемы. Даже сейчас он высится как король в заливе Сан-Франциско.
И сегодня, барка причалила к берегу. Под голубым небом, остров казался почти красивым. Кто знает, сколько надежд и чаяний в этой лодке?

(Транспортное судно, залив Сан-Франциско, декабрь 1934-го)
-… вот же задница.
- Следи за языком, - предупредил парня безразличный конвоир.

Качающаяся на волнах лодка заставила Фиро задуматься о своём положении. Он слышал, что сбежать из Алькатраса невозможно, а так же всякие жуткие сплетни вроде «всякий, кто пытался, сходил с ума» и «надзиратели ставят опыты на заключённых» и так далее в том же духе. Раньше, услышав подобные разговоры, он всегда смеялся над ними. Но увидев остров, возвышавшийся посреди океана, парень невольно вспомнил эти истории.
Не то, чтобы скала выглядела как-то особенно пугающе, на самом деле как раз наоборот. Из дока Проченцо смог разглядеть тюрьму на вершине утёса, окружённую всякими постройками, украшавшими остров. Местная растительность смешивалась с людскими зданиями, а в обрамлении синего небо и бирюзовой воды залива, получался всеьма живописный пейзаж, прямо как с картины.
Из-за того, что это место выглядело так фантастично, Фиро и думать не мог ни о чём из ряда вон выходящем. И, нравится вам это или нет, но парень уже бессмертен. Рассматривая остров издалека, он даже придумал опровержение на случай, когда в следующий раз услышит сравнение Алькатраса со спящим драконом.
И он вот-вот станет частью этой легенды.

… хреново, короче.
Качка в лодке заставила Фиро невольно выругаться. Барка неслась вперёд на горомной скорости. Они фактически даже не плыли – судно как будто прыгало вверх-вниз и из стороны в сторону. Парень слышал, что волны здесь дикие. Кажется, так и есть.
Если бы не это открытие, то он мог бы прыгнуть в океан, чтобы сбежать, хотя его, скорее всего, сразу расстреляли бы. Будучи бессмертным, Фиро всё равно рассчитывал на этот вариант. Но течение было таким сильным, что он, вероятно, потерял бы сознание и пошёл ко дну, и не всплыл бы уже никогда. Хотя берег и казался совсем недалеко, парень знал, что оказавшись в воде, всё будет выглядеть совсем по-другому.
«Как же, черт возьми, я оказался здесь?» - растерянно осмотревшись по сторонам, парень вспомнил лица тех полицейских и то, как всё получилось.


Неделю назад
- Ну и ну, разве ты не рад, ведь мы потратили столько усилий, чтобы заполучить для тебя особый режим? Обычно мы не посылаем в Алькатрас при первом аресте. Это место как правило предназначается для перевода из других тюрьм. Нам и правда пришлось сделать тебе большое одолжение, знаешь ли. Даже такой мешок с дерьмом как ты должен быть благодарным.
- Хэй, прекрати. Хватит уже. Стоп, - сидя в комнате для допросов, Фиро взмахнул закованными в наручники руками, чтобы вставить хоть слово. – Ладно, твоя логика слишком запутанная, так что давай проясним кое-что. Во-первых, почему? Во-вторых, почему меня? В-третьих, почему я меня направляют в Алькатрас?
Виктор проигнорировал эту просьбу объясниться и сразу же ответил:
- Что, разве ты не гордишься собой?
- А?
- Подумай, люди будут восхищаться тобой за то, что ты вышел из Алькатраса. Конечно, для честных людей как я это ужасно, но для преступников вроде тебя… это большая честь.
- … зависит от обстоятельств. Для меня, попасть в тюрьму без судебно разбирательства и всего такого – очень постыдно. И для всей семьи Мартилло это тоже позор.
Кажется, Виктора развеселило, что Фиро наконец показал свои истинные чувства.
- Ну хорошо. Тогда как на счёт того, чтобы сделать тебя гордостью всего Алькатраса? Парня вроде тебя, со смазливым личиком и всё такое, там точно встретят с распростёртыми объятьями. С другой стороны, шеф Варден довольно ответственный парень, и строгий. Скорее всего, он не даст тебе там самоутверждаться.
- Эдвард, давай убьём этого парня? - обратился Фиро к стоявшему позади Ноа.
- Прости, парень, но он тоже бессмертный, ты же знаешь.
Проченцо чувствовал себя немного беспомощным, когда Виктор смеялся над ним прямо в лицо. Если бы здесь сейчас сидел прежний Фиро, то давно бы уже вспылил, хлопнул правой рукой Виктора по лбу и с удовольствием бы послушал, как тот умоляет сохранить ему жизнь.
И вдруг, парень понял, что только что произошло. Если бы здесь сидел прежний он? Именно. Он совершенно отличается от того, кем был раньше.
Прежде, чем вступить в мафию вслед за своими друзьями, братьями Гандор, достойным противником он считал только Клэра Стенфилда. После этого, единственным, кто смог победить его, был Ягулма, Японец, который фактически познакомил Фиро с семьёй Мартилло. Он стал частью огромной Каморры, и был вполне доволен этим. Возможно, кто знает, иди всё своим чередом, то его враждебность ко всему миру немного смягчилась бы.
А затем, всё изменилось из-за… возможно, из-за встречи с Эннис, Айзеком и Мирией.
Он бы не назвал себя добрым самаритянином, но нельзя сказать, что он был злодеем. Лицо каждого члена Каморры всплывало у него перед мысленным взором, и Фиро не мог сдержать улыбки, немного горькой. А сволочь Виктор конечно же не мог не раскрыть пасть и не испортить этот момент:
- Вот поэтому тебя и задержали.
- А?
- Разве я не упомянул кое-кого по имени Эннис?
- … А что с ней? – сердце парня сжалось, когда он услышал имя девушки, которую любит, .
- Она съела алхимика, ты знал об этом?
Конечно Фиро знал. Он мог вытащить этот эпизод из воспоминаний Силарда, да и Эннис сама ему рассказала. Когда старик использовал девушку как бесчувственный инструмент, она поглотила алхимика, которого собирался съесть Квартеш. Раньше сознание Эннис было ограниченным, но это событие послужило катализатором, который в конечном итоге наполнил её человеческими чувствами и понятием морали, и в итоге породил угрызения совести, приведшие её к той, кем она стала сегодня.
И хотя прошло уже много времени и можно было простить себя, девушка всё ещё раскаивается о случившемся.
На что рассчитывает этот человек, теребя старую рану?
Заметив, как Фиро уставился на него, Виктор опустил глаза и произнёс:
- Алхимик, съеденный ею… он был моим другом.
Услышав такой ответ, Проченцо вытаращил глаза. Теперь он понял, куда клонит Виктор, но это породило множество новых вопросов.
- Так значит… ты из мести собираешься убить Эннис? – его голос был наполнен тревогой и какой-то странной уверенностью. Если инспектор даст неправильный ответ, то подавляемый гнев Фиро вспыхнет с новой силой и без сомнений поглотит этого человека. Ожидая, парень выровнял дыхание, на случай если понадобится быстро среагировать и прыгнуть вперёд.
Однако, Виктор не спешил. Он сделал долгую паузу, а затем произнёс медленно и обдуманно:
- Ну… нет, я никогда не рассчитывал мстить. Если бы я хотел, то уже давно съел бы и тебя, и Хью. Но я никогда не стал бы делать ничего, что могло бы прийти в голову злобному старикашке Силарду.
- … правда?
- И тем не менее, я не могу успокоиться, думая о девушке, поглотившей моего друга. И даже зная, что она была просто инструментом в руках Силарда, я не могу оставить всё как есть. И плюс ко всему, я подозреваю, что она и других людей тоже убивала.
- … что ты несёшь?
Не обращая внимания на нахмурившегося Фиро, Виктор продолжил говорить так же миролюбиво:
- Не может быть, чтобы люди, которых она убивала по приказу старика, были исключительно бессмертными. И у нас есть доказательства – огромное количестве скелетов, найденных при обыске в укрытии Силарда. Хотя мы пока не можем сказать точно, кто их убил, но если мы узнаем, что это была Эннис… как же нам поступить с той, кто официально даже нигде не зарегистрирован?
- Ты… - парень сжал зубы и впился взглядом в Талбота, Виктор в ответ скучающе улыбнулся.
- Ладно, ты ведь теперь… «владелец» Эннис, верно? Так почему бы нам не назначить пожизненное заключение тебе, вместо неё?
- Что ты имеешь в виду?
- Говоря напрямую, то… мы не будем выдвигать Эннис официального обвинения.
- Погоди, не ты ли мне сейчас втирал про мерзкие и подлые делишки, которые проворачивают в криминальном мире? Разве ты сейчас пытаешься сделать не то же самое?
- О, не совсем. Мы не просим тебя предавать своих товарищей. Твоя цель – наши общие враги. Нам нужно, чтобы ты выяснил кое-что. Детали мы обсудим, как только ты примешь наши условия.
- Да ты же ненавидишь преступные организации. Какие гарантии, что ты не обманешь меня после?
Улыбка Виктора исчезла, и он наклонился к Фиро.
- Я даю тебе своё слово, и это единственное, что я могу сделать. Верить этому или нет - дело твоё.
Даже в наручниках, Проченцо мог протянуть правую руку и положить её на лоб Талбота. И тем не менее, он не пошевелился. Виктор излучал уверенность такую же, как и у боссов Каморры, которых знал Фиро – Майза, Ронни, Ягулма и, конечно, дон Молса Мартилло. Долгое общение с этими людьми привило ему определённые рефлексы, и теперь парень даже пошевелиться не мог.
Почувствовав, что Фиро покрылся холодным потом, инспектор просто произнёс:
- Мы откажемся от обвинений против Эннис. Со всеми влиянием и полномочиями федерального агента, я могу пообещать тебе это.

После трёх дней размышлений, Фиро принял это предложение с чувством смирения.
Хоть он страдал ради Эннис, парень надеялся, что за это время кто-нибудь из Каморры придумает способ вытащить его. Но за три дня ничего не произошло.
Возможно, какое-то секретное отделения судебной структуры полностью изолировало его. И это сработало. Он мог бы и дальше рассчитывать на Ронни, богатого на сюрпризы, когда нужно придумать что-нибудь, но Фиро решил, что такая слепая надежда ему не подходит.
Время тянулось медленно, его друзья и Эннис наверняка беспокоились, и он больше не мог этого вынести. Чтобы прекратить этот странный фарс, Проченцо согласился на условия Виктора.
И вот он оказался в этой раскачивающейся лодке. Но вместо то, чтобы проклинать себя за то, что поддался угрозам инспектора, парень решил сосредоточиться на своей задаче: наблюдение за Хью Лафоретом.
Хотя это и казалось важным назначением, но для Фиро стать сторожевым псом правительства было унижением, и в глубине души он чувствовал себя предателем. Ну, даже если он просто цепной пёс, парню приходилось признать, что необычная личность Хью его заинтриговала.
Год назад, Эннис столкнулась с подпольной группой под названием «Ламия». Они называли её «младшей сестрой», и всё время упоминали имя алхимика – того самого Хью Лафорета. С этого момента Фиро стало интересно.
Хотя у парня и были кое-какие подсказки из воспоминаний Силарда, Лафорет оставался для него загадкой. Кроме того был некто по имени Элмер С Альбатросс, бывший с Хью в хороших отношениях, и кажется, он абсолютно не интересовал Кватеша. А ведь старик совершенно не походил на того же Виктора, у которого за его долгую жизнь было не так уж много возможностей встретиться с бессмертными. И Фиро было совершенно очевидно, что Силард знал Хью и изо всех сил постарался забыть об этом.
Парню не очень-то нравилось глубоко забираться в воспоминания Кватеша, так что он решил узнать больше о Лафорете самостоятельно.
- Что? У вас нет ничего на этого парня, хотя вы и упекли его за решётку? В вопросах государственного шпионажа вы должны лучше меня разбираться. Это ваша обязанность, знаешь ли.
- Мы уже обсудили это с начальством. Тебя поместят недалеко от комнаты Хью, под предлогом что тебя нужно держать в отдельной камере. Что конкретно тебе нужно будет сделать, тебе сообщат в своё время.
Пожалуй, это была самая лучшая новость из всех, что Виктор сообщил до сих пор. Этот человек не нравился Фиро, и он ему не доверял, но теперь парень немного приободрился и воспрял духом.
Который мгновенно испарился после одной единственной водной прогулки.
Когда Фиро наконец оказался на борту лодки, сопровождавший его охранник, бывший до этого абсолютно равнодушным, наклонился и шепнул ему на ухо:
- Извините, что заставили вас ждать, мистер Фиро Проченцо.
Что если это «крот» из бюро, засланный в тюрьму?
- Мастер Хью с нетерпением ждал вашего прибытия, - охранник был предельно скромен и вежлив. Парень вздрогнул и покрылся испариной. - Мастер Хью очень рад, что наконец-то прибыл бессмертный, который составит ему компанию…
- … эй…
- Но! Без разговорчиков мне тут! – как только Фиро открыл рот, охранник вернулся к свое обычной манере поведения. Как будто у парня галлюцинации, и все события, приведшие его сюда, ему просто привиделись. Его силой втянули в это дело, не сказав, что от него требуется, и не дали задать ни одного вопроса. И если этот чёртов инспектор знал что-то об этом Хью, то ни словом не обмолвился…
Так что, сидя в этой лодчонке, Фиро мог сказать только одну вещь. И он повторял её снова и снова, вслух и про себя:
- Вот отстой.


*Если быть точным, то 22 акра = 0.089 km2
Все, кого интересует история Алькатраса в подробностях – Вики и Гугл к вашим услугам.



Следующая часть: Баккано 6, глава 1
Я стараюсь выбирать между тем, чего ждут люди и тем, что хочу я сама)

@темы: Перевод, Book 8, Baccano!

Комментарии
2012-04-29 в 16:22 

Треклятый дятел
Синя джанай, Синистер да!
Ооо, как раз вчера вспомнил про ранобе баккано.
Спасибо большое.)

А вы с языка оригинала переводите?

2012-04-29 в 16:28 

Александра Вэн
Относись к этому аллегорически
Треклятый дятел, пожалуйста)
Увы нет, с английского.

2012-04-29 в 18:00 

whisky & soda
Ты где? Я на третьем, давай пересечемся. Данте (с)
Александра Вэн, я еще не дошел до данной части, но просто хочу сказать вам спасибо за труды перевода. Здорово!

2012-04-30 в 22:07 

MakiAnn
Весело и по трупам <3
Спасибо за перевод.
Заинтриговывает :3

   

Baccano! по-русски

главная