Относись к этому аллегорически
Baccano! 1930: The Rolling Bootlegs


Первый день



Ноябрь 1930 года, Нью-Йорк
Небо цвета ляпис-лазури можно было описать как «совершенно ясное». Яркое утреннее солнце освещало весь город.
Красные и жёлтые дома были словно нарисованы. Однако, они не создавали ощущения замкнутого пространства тем, кто идёт по улице.
С другой стороны, из-за автомобилей, которые стали популярны в последние годы, пешеходам добавилось ощущение клаустрофобии.
Это было время сухого закона. И хотя каждая эпоха следует своей моде и тенденциям, эта страна выбрала «общество без алкоголя».
Но конечный результат лишь увеличил притягательность спиртного, и люди, которые раньше никогда не пили, вошли на чёрный рынок спиртного… То есть введение нового закона привело к забавному эффекту увеличения числа «преступников».
У дверей универсальных магазинов начали появляться бочки с виноградным соком. На табличках рядом с ними было написано следующее предупреждение:
«Содержимое этих бочек станет вином, если простоит слишком долго. Пожалуйста, используйте его прежде, чем это случится».
«Виноградный сок» продавался как горячие блинчики. Короче говоря, это было характерной особенностью того времени.
Золотой век джаза прошёл, в прошлом году Америка была поражена Великой депрессией. Даже улицы, переполненные домами с красными крышами, казалось, потеряли свой яркий цвет.
Но в то же время, в темноте улиц скрывались «главные актёры» века: те, кто отразил атаку Депрессии и удержал свою власть. Широко известные как «мафия», у них были крепкие связи в торговле подпольным спиртным.
Нужно сказать, что политика правительства фактически предоставляла благодатную почву этим врагам закона.
Боссы мафии, такие как Аль Капоне и «Счастливчик» Лучиано, вместе создали бесчисленные «легенды» - такими были 30-тые.

Их легенды всегда начинались в подворотнях.
- Милостыню подайте, прошу вас!
Служебный выход банка, узкое пространство между плотно настроенными многоэтажками, мусорка позади ресторанов… Проще говоря, это была узкая темная улочка, которая ничем не отличалась от других. Здесь не было ничего, что могло бы привлечь прохожих. И конечно, время года или час дня также не имели значения.
- Пожертвуйте немного, чтобы спасти жизнь бедного человека!..
Из-за магазина по продаже головных уборов доносились мольбы нищего. Всё началось с этих слов на улице.
Каждый раз, когда кто-то проходил через переулок, оборванный человек средних лет следовал за ним, пылко прося: «Подайте, прошу». Когда прохожий достигал выхода на главную улицу, нищий сдавался и возвращался на своё место… чтобы повторять то же самое снова и снова.
- Бог всегда следит за вами, и ваша милостыня будет вознаграждена…
- Могу я спросить?
Поток бесконечных причитаний был резко прерван.
Заговоривший с нищим был мужчиной… хотя лучше будет назвать его юношей. Он остановил свой пружинящий шаг и наклонил голову назад, чтобы получше рассмотреть бородатого нищего.
- Почему вы так легко используете имя Всевышнего, когда просите?
Тон молодого человека и его манеры не соответствовали его внешнему виду. Внезапный вопрос застал бродягу врасплох.
- О чем это вы?
- Вы христианин? Вы когда-нибудь ходили на воскресную мессу? Прежде чем стать безработным, вы делали пожертвования в церкви? Вы можете назвать мне различия между католиками и протестантами? Если всё так, то вы не должны использовать имя Бога, чтобы попрошайничать в таком месте. Прямо сейчас вы должны помогать сестрам в церкви с благотворительностью, или искать работу, чтобы накормить вашу семью. В противном случае, вы должны возненавидеть Бога за то, что Он сделал с вами и стать сатанистом.
Под градом вопросов нищий ошарашенно замолчал. Но в момент, когда юноша остановился, чтобы перевести дух, бродяга истошно заголосил:
- Как будто это что-то меняет! Тогда что случилось с пожертвованиями церкви? Те ублюдки наверху верят в Бога только на словах, а в действительности они наслаждаются тысячами и миллионами «пожертвований», которые должны принадлежать нам, беднякам!
- Вы никогда не думали ни о чём, что не имеет отношения к вам на прямую… Конечно, Бог оставил парней вроде вас, кто думает только о себе. Большинство людей оказалось на улице из-за Депрессии. Но в таком случае, те, кто стоит на улицах со знаками протеста и говорит «Мы хотим работу», больше заслуживают жизни, чем вы.
Нищий хотел ответить, но не смог придумать, что сказать. И парень всё говорил о своей философии, не обращая внимания на бродягу.
«Но подумайте об этом, быть нищим тоже требует навыка. Среди тех, кто просит на жизнь, есть парни, кто всё ещё стоит на перекрёстках в лохмотьях, даже если у них есть деньги. Есть те, кто ломает их руки и зубы, чтобы «играть роль». Эти нищие вызывают больше жалости, чем те, кто действительно нуждаются. По сравнению с ними, вы – любитель»
Высказав всё это, парень закатил глаза и вытащил кожаный бумажник из нагрудного кармана.
- Ха?
Нищий был сбит с толку. После таких слов, казалось невероятным, что он получит милостыню. Так зачем же парень перед ним вынимает бумажник?
- Если бы это был обычный день для меня, я бы не волновался о столь непрофессиональном нищем, как вы…
Он вынул из бумажника довольно много купюр. Но взгляд бродяги был прикован к толстой пачке банкнот. Во время депрессии, как сейчас, таких больших денег не может быть в руках такого молодого парня. Нет, даже у работающего взрослого не было бы столько… Пачка купюр исчезла в закрывшемся бумажнике.
- Но поскольку сегодняшний день особенный, я нахожусь в очень хорошем настроении. Вам повезло встретить меня, так что возьмите эти деньги»
Через несколько мгновений на лице нищего отразилось ликование.
- Ох, спасибо огромное, молодой господин! Я не забуду вашей доброты до конца своих дней»
Парень протягивал деньги нищему в открытой ладони.
- Ах, Бог определённо наградит вас удачей»
- Как я сказал, вам просто повезло, что я в хорошем настроении, так что прекратите смотреть меня, как на благотворителя…
- А, да! У меня есть цветы, собранные этим утром. В благодарность за вашу доброту, я отдам их вам. Пожалуйста, примите их.
Торопливо бормоча, нищий не взял деньги, а вместо этого начал рыться в своей грязной сумке, которую он держал.
- Сейчас они должно быть уже засохли.
- Нет, нет, Бог позаботится о том, что бы они расцвели от вашего великодушия»
С всё ещё счастливым выражением лица, нищий осмотрел содержимое своей сумки. Тогда…
- Какой большой красный, красный цветок!..
Всё случилось в мгновение ока.
Жалкий бумажный пакет немного порвался, а затем бы яростно разорван.
Из изодранных остатков сумки появился сверкающий нож «боуи»*.
- !..
Бородатый нищий что-то кричал. Он казался очень радостным.
Эти взволнованные и странные вопли остановились…
… и сменились на отчаянный и поражённый крик.
- Г-гха-а-а! Г-гуа… а!
Прямо перед тем, как наконечник лезвия коснулся его живота, парень схватил нищего за запястье руки, размахивающей ножом. В то же время, он слегка наклонился в другую сторону. Нож разрезал воздух и прошёл под его рукой. В одно мгновение, парень поймал обе руки и беспощадно вывернул их за спину бродяги.
Всё это случилось быстрее, чем странный крик нищего превратился в несчастный всхлип.
- Оп-па!
Парень изо всех сил толкнул его назад.
Раздался звон упавшего ножа, но, казалось, парня это нисколько не волновало.
Запястье нищего как-то странно скрипнуло.
Но даже этот звук потонул в несчастном стоне бродяги.
- У… ува-а а-а с-сто-сто-стоп х-хвати-ит!
Когда парень убедился, что нищий корчится от боли, он зло ударил его о стену, облицованную красным кирпичом. Нищий рухнул на колени с глухим звуком. Потом он со стоном упал на землю и свернулся калачиком.
Взглянув на состояние бродяги, парень наклонился, чтобы поднять деньги, упавшие во время короткой драки.
Когда он был уже уверен, что нищий перестал двигаться…
- Эй… Встань.
Парень крепко схватил его за запястье и поднял. Бродяга согнулся пополам, и тогда парень опёр его о стену.
- Перебегать дорогу кому-то не заслуживающему доверия, вроде меня, было очень большой ошибкой… К сожалению, я не настолько любезен, чтобы позволить тебе прирезать меня в подворотне»
Нищий опёрся плечом на стену и молча слушал насмешки парня, а его взгляд лихорадочно бегал вокруг. Он думал, как бы смыться отсюда.
- Хочешь сбежать? Ты очень спешишь...
Парень положил поднятые деньги в ладонь и протянул их нищему.
- Я ведь тебе уже говорил? Думай, что тебе просто повезло…
Пока парень говорил, он крепко сжимал деньги в кулаке.
-… Прими это с благодарностью от всего сердца.
На этот раз он не размахивался, но последовавший удар был достаточно силён, чтобы выбить бродяге передние зубы.
- !..
От удара нищий стукнулся затылком о стену. Это, вместе с болью в передних зубах, заставило его застонать… он спиной сполз по стене… и растянулся на земле.
На сей раз нищий полностью потерял сознание, и не метался, как в прошлый раз.
Парень медленно разжал кулак. Банкноты одна за другой падали на лицо человека, залитое кровью из носа и рта. Некоторые случайно попали в открытый рот нищего. Купюры падали на асфальт, издавая шелестящий шум, заполняя дорожку чувством увядания.
- … хм?
Парень осмотрелся вокруг и увидел отлетевший недалеко нож. Он выглядел обычным, как вещь не очень ценная.
«Я должен выкинуть его в реку?..»
Парень быстро наклонился, чтобы удостовериться, что нищий в обмороке. После недолгих раздумий, он решил забрать нож, на всякий случай.
И когда парень уже собирался подобрать сверкающий лезвием нож, его позвали по имени:
- Фиро Проченцо. Не двигайся.
Рука, почти коснувшаяся рукояти, остановилась в воздухе, и парень… Фиро Проченцо посмотрел в направлении, откуда раздался голос… к выходу из переулка… где с главной улицы лился свет.
Стоящий в ореоле света был молодым человеком, чуть старше двадцати, он носил коричневый костюм и чёрное пальто длинной до колен.
- От тебя столько проблем… давай, оставь отпечатки пальцев на улике, если хочешь…
Молодой человек посмотрел на Фиро с отвращением, надевая белую перчатку и медленно поднимая нож.
- Эдвард… О чём это ты?
- Ты хотел сказать «Мистер Эдвард», верно? Учись обращаться к старшим «мистер» и «миссис»… парень. Хотя, конечно, ты можешь звать меня «Инспектор Эдвард»*.
Этот человек в чёрном пальто… Эдвард Ноа, инспектор полиции. Углы его рта изогнулись в высокомерной улыбке, и он молча поднял правую руку.
По этому сигналу, несколько человек появилась из-за его спины… Порванный бумажный пакет, рассыпанные купюры, идиот без сознания – они тщательно забрали всё. Что касается Фиро, его полностью проигнорировали. Все они были выше его на голову, и делали вид, словно «тут ничего нет».
- Эй, парни, позаботьтесь, чтобы этот парень не сбежал.
Подчинённые не услышали несмешную шутку начальника, и молча продолжали свою работу.
-… Хмф, какая скучная компания.

- Давай на чистоту, Эд… Мистер Эдвард. Ты считаешь меня идиотом?
Спокойно спросил Фиро, который молчал до этой минуты.
Всё уже было собрано, и трудолюбивых помощников нигде не было видно. Последними следами произошедшего инцидента были только маленькие пятна крови, оставленные тем нищим.
Эдвард ответил Фиро, даже не взглянув на него, не говоря уже о том, чтобы повернуться к нему лицом.
- Ты прав, ты не можешь быть идиотом. Скорее мусором, клопом, ползающим по улицам.
- Не уходи от ответа.
В словах Фиро ясно слышалось недовольство. Намёк на иронию появился в улыбке Эдварда, он зажёг скрученную сигарету и лениво прислонился к стене.
- Ах, не делай такое страшное лицо… Человек, которого ты только что вырубил… он – преступник, за которым мы наблюдали.
- Что?
- Он – убийца. Используя тот же манёвр, что и с тобой, - он прикидывался нищим в узком проулке, приставая к щедрым господам и жалостливым леди… Если он видел достаточно наличных, изучая бумажники людей, то нападал с ножом, спрятанным в бумажном пакете… Так же, как и сейчас. Хотя о пакете мы узнали только сейчас.
- И почему вы тогда его не схватили?
- Даже показаний свидетелей было недостаточно, чтобы доказать его виновность. Так что в итоге нам пришлось использовать полицейских, как приманку, чтобы застать его на месте преступления.
Эдвард глубоко затянулся.
- Но тут вмешался я.
- Да уж. Честно говоря, если бы это был кто угодно, кроме тебя, мы бы позволили этому случиться и гарантировали пострадавшему безопасность.
-… Вы с самого начала планировали наблюдать со стороны, не так ли? Уверен, быть благородным – ваше хобби. Наблюдать за борьбой жизни и смерти похоже на трансляцию матча по боксу?.. Жалко, что у вас не было попкорна, да?
- Точно, поэтому мы закрываем глаза на вашу самозащиту, превышающую допустимую.
-… Я так благодарен, что не могу остановить слёзы.
- Тем не менее, лично я думаю, что было бы лучше, если бы тебя зарезали… Я даже не представляю, как ты смог этого избежать.
- Если ты увидишь нищего в таком безлюдном месте, то конечно будешь осторожен. И эта явно подозрительная сумка… К счастью, там был не пистолет.
- Так ты будешь рад, если мы оставим тебя в покое?
Эдвард спросил это, как нечто само собой разумеющееся.
- Это именно то, что я хочу сегодня. А если бы, чисто случайно, это оказался обычный нищий, то ты бы позволил мне дать денег этому парню… Скажи, почему ты обвиняешь его в чём-то подобном?
- Разве я ещё не сказал? Преступник нападал только на людей с набитыми бумажниками. Поэтому он решался на убийство, только если деньги покрывали риск и побег среди бела дня. Он и подумать не мог, что у какого-то ребёнка, которому ещё нет двадцати, так много денег, верно?
Было ясно, что Эдвард дразнил Фиро.
-… Теперь ты планируешь заняться расследованием, уклоняюсь ли я от налогов или ворую?
Глаза Фиро внимательно блеснули.
- Ха! Ты шутишь! Больно нам надо брать такую мелкую рыбёшку, как ты! Даже если бы ты был главой своей организации, она настолько слаба и мала, что вы будете поглощены другими бандами вокруг вас! Вы выживали до этого дня, потому что слишком низко находитесь в пищевой цепочке, так что никто не думает, что вы, парни, стоите их времени и усилий!
- Я считаю то, что ты сейчас сказал, оскорблением.
Коротко сказал Фиро.
И когда парень думал, как избить этого ублюдка, его снова позвали. Но в отличие от тона Эдварда, это было мягко и вежливо.
- Вот ты где, Фиро.
На том самом месте, где до этого появился Эдвард, - на пересечении с главной улицей, - стоял высокий джентльмен в очках. В солнечном свете, его каштановые волосы горели золотом. На первый взгляд, этот человек был того же возраста, что и Эдвард, но вокруг него был таинственная аура, делавшая его возраст неопределимым.
- Разве мы не договорились встретиться в шляпной лавке? Я волновался, потому что ты не пришёл, как вдруг услышал твой голос снаружи.
Как будто обрадованный чем-то, поразительно счастливая улыбка возникла на лице человека.
Но из-за его появления, высокомерная ухмылка Эдварда исчезла с лица.
- Вы…
- Мистер Майза! Ах… жаль, я попал в неприятности…
Поведение Фиро кардинально отличалось от того, как он говорил с инспектором до этого. Он торопливо поправил воротник и даже выпрямил спину, потому что всё это время стоял ссутулившись.
Эдвард, напротив, жевал сигаретный окурок, опёршись о стену, с выражением на лице, будто проглотил мерзкого жука.
- Майза Аваро… Боже, боже, я и не думал, что встречусь с conta è oro семьи Мартилло в таком месте…
В отличие от Эдварда, в голосе которого сквозила нервозность, Майза приветствовал его ясной улыбкой.
- Хм… А, вы, должно быть, инспектор Эдвард. Кажется, вы сегодня в хорошем настроении.
Хотя это чрезвычайно саркастичное приветствие было направлено человеку, который явно находился в дурном расположении духа, но из-за доброжелательности на его лице, Эдвард не почувствовал насмешки в этих словах.
-… Хмф… Как и ожидалось, вы лучше этого мальчика. По крайней мере, вы знаете, как нужно здороваться.
- Нет, нисколько. Возможно, это последний раз, когда мы обращаемся к вам, как к «инспектору».
- ?..
- Начиная со следующей недели, вы будете «Специальным агентом» Эдвардом, не так ли?
Глаза Эдварда расширились от удивления, его рот беззвучно открывался и закрывался несколько раз, прежде чем он смог ответить, выслушав эти слова.
- Что… вы сказали?
- Ох, боже, неужели мои сведения неверны? Но на улице ходит такой слух.
Эдвард сиял. Это правда, что он направляется на оперативную работу в Бюро расследований со следующей недели (через пять лет они будут переименованы в Федеральное Бюро Расследований… ФБР). Он не сказал даже своей девушке и коллегам. Тогда как… как какой-то незнакомец, который и не должен был этого знать, владел подобной информацией?
Молодой инспектор поклялся найти источник утечки, направляя в недовольном взгляде на Фиро всё своё раздражение.
-… В любом случае, Фиро, выслушай меня. Независимо от того, кому ты теперь будешь подавать милостыню, это будет расцениваться как лицемерие. Оставь это своё бессмысленное занятие и исчезни из города, если конечно, ты не собрался в тюрьму.
Фиро был немного озадачен неожиданной нотацией, но через мгновение, он раздражённо ответил.
- Знаете что? Я сам себе хозяин, и те, кто принимает мою благотворительность, для меня одинаковы. Кому какое дело до того, лицемер я, или нет?
- Вы собираетесь всех осчастливить, раздавая свои заработанные грязные деньги?
-… Но вы говорите, что пожертвования в общественные фонды и благотворительные организации являются хорошей системой, не так ли? Никто не проверяет, кто жертвует и что это за деньги.
Фиро не опровергал слова о «грязных деньгах».
- Но обычно я не делаю пожертвований.
- Ну вот опять… Ты не думаешь, что должен извлечь урок из случившегося?
После этого вопроса Эдварда, Майза вмешался.
- Фиро, нам нужно спешить… Мы можем идти, инспектор?
-… Ах, да…
- Эх… извините, мистер Майза. Я заставил вас ждать.
Пока молодой инспектор наблюдал за удаляющимися спинами этих людей, он думал:
«Способный парень из организации, вместе с одним из старших руководителей. Это особенный день»
Его настигла внезапная мысль, и Эдвард закричал в след парню:
- Фиро, не может быть, чтобы ты…
Шаги Фиро остановились. Он стоял, не оборачиваясь… прямо перед выходом на главную улицу.
-… Этого не может быть… глава?.. Ты продвигаешься? Ты, picciotto*?
Эдвард наморщил лоб и спросил с подозрением.
Он уже давно жил в этом городе. Фиро был очень талантливым членом организации – по признанию Эдварда – но он казался слишком молодым, чтобы получить повышение, чтобы стать главой. Ему был двадцать один с половиной год, и только его внешность делала его похожим на «мальчика» на 3-4 года моложе, чем на самом деле. В таком нежном возрасте, по ту сторону закона… Нет, даже в нормальном обществе его бы не считали даже кандидатом на одно из руководящих мест любой организации.
Но Эдвард слышал, что есть специальные церемонии, чтобы стать главой. Претендент должен встретиться со старшим товарищем, с которым обычно не видится, в магазине по продаже головных уборов… «Особый день» - в этот день, получивший повышение должен пойти в шляпную лавку или магазин одежды. Эдвард хорошо это понимал, но ничего не мог поделать, не смотря на знание правил. Но, по крайней мере, он был в состоянии различать, кто был главой в пределах организации.
- Эй… Это так?
Фиро не ответил, но и не сделал ни одного знака, подтверждающего или опровергающего это. Не отвечая, он двинулся дальше.
Эдвард принял это как молчаливое согласие. Он взорвался тем смехом, которым обычно встречал выдуманные истории, и снова заговорил, желая подтвердить для себя кое-что,
- Это правда? Ты действительно станешь главой? Ты? Малыш вроде тебя? Да ты шутишь? Эй, эй, ответь мне быстрее, это не та вещь, над которой шутят. Тогда, я не знаю, в вашей организации действительно такая нехватка людей?
Оба проигнорировали его, потому что уходили. Эдвард ожидал этого, и сказал, улыбаясь,
- Это потому что у тебя девичье личико… Со сколькими из руководителей ты переспал, чтобы подняться так высоко?
Шаги обоих остановились.
Обдумывая, что должен немного напугать Эдварда, Фиро обратил его внимание на нож у себя на поясе.
- Инспектор.
Но первым обернулся Майза.
С широкой улыбкой на лице, Аваро вежливо сказал инспектору,
- Мы можем посчитать это оскорблением.
Улыбка Эдварда застыла, и ни одного насмешливого слова не сорвалось с его губ.
У Майзы была всё та же безобидная улыбка, и его речь ни капли не изменилась.
Но бедный инспектор ощущал намерение убить его.
«Меня убьют»
Ещё одно слово об организации или Фиро, и он будет убит этим человеком. Холод в голосе Майзы только подтверждал это.
Одна та единственная вещь, что заставила его это почувствовать – глаза. Глубина глаз Аваро, казалось, скрывала в себе что-то вне понимания… что-то, что придало холода его словам.
Эдвард закрыл отвисшую челюсть, он чувствовал пот, выступивший по всему телу. Майза положил руку на плечо Фиро и продолжил,
-… Конечно, наша организация может быть поглощена другими…
Наступила пауза.
- Так что по возможности, избавьте нас от своей ложной жалости…
(Так значит, этот ублюдок подслушивал нас)
Эдвард думал, что было глупо говорить это так громко. Он чувствовал, как пот струится у него по спине.
Майза дважды похлопал хмурого Фиро по плечу и вышел на главную улицу, как будто ничего не случилось. Будто потянутый следом, парень тоже шагнул из переулка.
-… Запомните это… Запомните мои слова… Даже если вы убьёте меня, я всё равно не приму существование мафии вроде вас… Потому что однажды… Я избавлюсь от всех вас… Наверняка!
Из-за этих двоих, голос инспектора хрипел, словно, он вырывал эти слова из сжатого горла.
- А… Мы не «мафия».
Даже не оглядываясь, ответил Майза и помахал рукой. Фиро закончил его фразу, и оба исчезли в давке и суматохе улиц.
- Мы – Каморра.

В переулке, откуда только что ушли Майза и Фиро, инспектор яростно сжимал кулаки.
- М… Инспектор, мы должны вернуться в участок.
К нему подошёл один из полицейских, кто собирал улики.
-… Где вы были?
- А… Э… Мы все ждали вас в машине. Но вы всё не возвращались, и мы…
- Дерьмо! Вы так боялись этого счетовода, что не смели подойти!
- К-конечно нет…»
Лицо офицера побледнело. Это было прямым доказательством, что догадка Эдварда абсолютно верна.
- И вы называете себя полицией? Какие у вас обязанности? Защищать законы и безопасность граждан! Что случится, если мы будем трястись от страха, когда нам угрожают два парня?»
Инспектор снова и снова пинал стену своими новыми кожаными ботинками.
Эти слова были направлены скорее к самому себе, чем к полицейскому. И это ещё больше бесило Эдварда.
- Майза Аваро… Фиро Проченцо… Я с самого начала вас терпеть не мог. Однажды я уничтожу вас собственными руками!
Чтобы успокоить возмущенного инспектора, пустоголовый полицейский влез с неподходящей шуткой.
- Это звучит, как фраза из сказок про мафию.
Эдвард беспощадно ударил ботинком по голени подчинённого.

- Он сказал, что избавится от нас.
- О боже, как страшно, как страшно. Такие люди действительно упрямы. И именно потому, что полиция такая упёртая, ей можно доверять»
Фиро и Майза обменялись взглядами и улыбнулись.
- Так значит, всё будет спокойно, пока мы доверяем полиции?
Эти двое, появившись из маленькой улочки, прошли между Литл Итали и Чайна-тауном и направились к Манхэттенскому мосту. Они хотели встретиться в том магазине, чтобы купить шляпу, но после этого маленького «инцидента», решили пойти в другую лавку.
- Ну, раз уж мы здесь, я знаю хороший магазин поблизости.
Из того, что это сказал Майза, следовало, что идти им придётся больше часа.

- Мюзиклы – это нечто… «Добрая ведьма» из «Волшебника страны Оз», интересно, на что похожа её повседневная жизнь?
Майза действительно был человеком, который ни капли не походил на мафию.
Он ни с кем не сорился, никогда не сердился, всегда улыбающийся и со всеми вежливый, он, казалось, не обладал ни одним из необходимых обитателю преступного мира качеств. Если бы вы встретили его на улице, то у вас было бы чувство, словно он скрывает своё истинное лицо от окружающих, показывая его только на встречах организации и перед подчинёнными.
Сравнивая Каморру и Мафию, принято считать, что «Каморра более жестока». Но Майза, казалось, абсолютно не обращал внимания на эту дурную репутацию его клана.
Аваро работал в организации дольше всех, и так как он отвечал за документы и деньги, он был назначен «conta è oro», но ещё до того, как он стал частью руководящей верхушки, он был известен в организации из-за его странности. По крайней мере, так всегда думал Фиро.
Среди низших рангов клана были те, кто насмешливо называл Майзу «умником» или «бесполезным калькулятором». Фиро нравился Майза, так что он всегда старался его защитить, но поведение последнего не добавляло значимости словам парня.
- Ах, ты должен это видеть. Это та лавка, о которой я слышал.
Посреди улицы, откуда уже был виден Манхэттенский мост, находился известный магазин по продаже головных уборов.

Когда они вошли, пожилой владелец лавки скользнул по ним беглым взглядом; он даже не утруждал себя приветствием покупателей. Даже притом, что этот магазин находился на главной улице, в нём не было ничего примечательного. Но когда вошедший видел заполненные шляпами стеллажи, то понимал, что это действительно хорошая лавка. И хотя магазин специализировался на шляпах и поясах, Фиро никак не мог подобрать себе что-нибудь при таком богатстве выбора.
- Удивительно…
Стена была полностью скрыта висящими на ней шляпами. Нет, скорее оттого, что шляпы так плотно закрывали её, можно было засомневаться, а есть ли вообще там стена? Но шляпы были не только на стенах, они так же заполонили все полки магазина; пояса висели вокруг прилавка, как обои.
- Не важно, когда ты придёшь, ты всё равно будешь удивлён… Поэтому я и сказал, что выберу подходящую тебе шляпу… Мои извинения, это может потребовать много времени. Всё в порядке?
- Конечно. Не торопитесь.
Майза слегка кивнул и направился прямо к горе шляп.
В обычном клане Каморры, когда кто-то становился руководителем, он не знал об этом до самой ночи «церемонии посвящения». Но в семье, к которой принадлежали Фиро и Майза, была другая традиция. Кандидат получал сообщение заранее, и в день «церемонии», он вместе с другим руководителем шёл в шляпную лавку. Более того, этот старший коллега выбирал шляпу для своего товарища, который этой ночью встанет с ним в один ряд.
В этой традиции не было ничего особенного. Просто в самом начале, создавая семью в Нью-Йорке, дон Молса Мартилло подарил шляпу каждому члену клана, и это стало традицией; вот и всё.
Так что Фиро, который собирался стать главой, рассматривал выбор шляпы как важную часть «церемонии», и с лёгкой тревогой ожидал своей шляпы.
Однако, когда он увидел Майзу со шляпой в руках, он полностью забыл об инциденте с надоедливым инспектором. Теперь сердце Фиро наполнилось ожиданием и беспокойством о ночной церемонии.
- Вот эта не плоха.
Шляпу одели на голову Фиро.
Это была мягкая фетровая серовато-зелёная шляпа. Когда солнечный луч с улицы упал на неё, она мягко вспыхнула зелёным. Шляпа идеально подходила светлому цвету кожи парня. Пока парень крутился у зеркала, и свет до него не доставал, цвет сменился на тёмно-зелёный… сильно контрастируя с бледным лицом, производя на наблюдателя неизгладимое впечатление.
- Это… здорово, мистер Майза! Она мне идеально подходит!
Счетовод видел, что тот не преувеличивает – парень действительно был счастлив. Отражение в зеркале можно было принять за другого человека. У парня даже появилась идея приобрести новое пальто такого же цвета. Это было немножко слишком… И не имеет значения, даже если это сделало бы его ещё более привлекательным.
Парень рассматривал себя в зеркале и совершенно искренне счастливо улыбался. Трудно было поверить, что это тот же человек, который чуть ранее насмехался над нищим и беспощадно ударил его кулаком в лицо.
В последний раз Майза видел это выражение, когда Дон позволил Фиро присоединиться к семье.

Когда Майза подошёл оплатить покупку, владелец магазин ничего не сказал; он молча положил шляпу в сумку и принял оплату по ценнику. Даже когда Майза завёл вежливый разговор о погоде, продавец удостоил его безмолвным взглядом.
Но этим двоим было всё равно, выходя из дверей магазина, они болтали о том, что будет после сегодняшней церемонии, что будет на банкете, о бутылке вина из «спикизи»*, которую нужно забрать по дороге назад, и обо всём остальном.
В этот момент внутрь вошли мужчина и женщина.
Мужчина казался выше, чем Майза, достаточно, чтобы почти задеть головой дверную балку. Женщина, напротив, была немного ниже Фиро, она носила богато украшенные драгоценностями браслеты и довольно много серебряных колец на пальцах.
Одежда этой парочки была поразительной. Мужчина был в чёрном смокинге без галстука и нёс чёрный кожаный чемодан. На женщине было чёрное цельное платье в том же стиле, с кожаными поясами на талии и предплечьях. В то же время, редко можно увидеть девушек, предпочитающих подобную одежду, так что это делало её похожей на ведьму из мюзикла.
Гораздо важнее, необычнее было то, как эти двое неожиданно появились в этом ужасном мире.
- Ох, прошу прощения.
Задев их плечом, Майза немедленно извинился.
- Эй, эй, будь осторожнее.
- Будь осторожнее!
Женщина, идущая следом, повторила за мужчиной слово в слово.
Больше ничего не произошло, но Фиро смотрел в след этому дуэту, который казалось, попал сюда прямо с Бродвея, и думал,
«Им обоим около двадцати… Но при таком упадке, насколько должно быть богата семья этого молодого господина и леди?»
Так думал Фиро, убирая сдачу в бумажник, а после вышел из магазина вместе с Майзой.

В магазине, который покинули Фиро и Майза, мужчина в смокинге, Айзек Дин, сказал изящной девушке позади него, Мирии Харвент.
- Слушай, Мирия… Я только хотел напомнить, что мы не должны ничем выделяться.
- Понятно. Не привлекать внимания, если мы будем вести себя сдержанно, то всё будет хорошо, правильно?»
- Правильно. Это здорово, что ты меня понимаешь.
Их болтовня была ещё более подозрительна, по сравнению с их одеждой. Эти двое рассматривали стену, похороненную под шляпами. Мужчина держал большой дорожный чемодан в левой руке, но было не похоже, что они собираются в путешествие.
- Удивительно! Выбирай быстрее!
- Мы можем купить всё, что только захотим!
- У меня такое чувство, что весь мир можно завоевать всего лишь шляпой.
Выдав это странное предположение, мужчина выбрал понравившуюся ему шляпу и начал крутить её на пальце, подвывая в такт.
- Какую шляпу мне выбрать?
Спросила Мирия.
- Ну-у, лучше взять что-нибудь простое… Нет, подожди, может лучше что-нибудь шокирующее, чтобы смутить людей?
Эти двое рискнули зайти в глубину магазина, где они находили всё больше разнообразных шляп.
Можно даже сказать, что там были все существующие виды головных уборов. Не смотря на то, что была зима, там были шляпы плетёные из соломы, и индейский убор из перьев, и высокие чёрные цилиндры Британской Королевской Стражи.
-… Они и правда продают такое?
Айзек держал в руке шлем, который был частью униформы Нью-йоркской полиции. В это время Мирия крутила в руке защитный шлем американских военных сил, который, когда она одевала его на голову, вызывал странное чувство слияния с ним.
- Вау, это действительно нечто.
Особенно привлекательная шляпа лежала на самой высокой полке в магазине. Она была сделана из металла, обернутого тканью, и украшена золотыми нитями. Её лицевая сторона мерцала золотом.
- Что это? Не бумеранг, правильно?
- Это не может быть кинжал или что-то в этом роде? Это какое-то оружие?
На самом деле они говорили о шляпе, украшенной V-образным гребнем.
Под этой эксцентричной шляпой был прикреплён листок бумаги с надписью «ЯПОНИЯ».
- А-а… Может, это корона японского императора?
- Должно быть. Иначе, зачем делать её такой яркой и блестящей?
На полке ниже этой короны лежала известная маска Таинственного Вора, которую нельзя было положить рядом другими шляпами, странными или причудливыми.
-… Кажется, это уже немного слишком.
- Возможно, они не подходят для грабителей.
Мирия улыбнулась Айзеку и случайно сказала что-то пугающее.
- О, ладно, не важно, давай просто купим всё это.
Айзек не услышал, что сказала Мирия. В итоге, мужчина подошёл к прилавку, держа в руках чёрный цилиндр, женскую кружевную шляпку, а так же японскую корону и странную деревянную маску, которую они только что нашли. Раздался шум и грохот – и огромное количество товаров посыпалось на стол перед пожилым продавцом.
И даже тогда владелец магазина не сказал ни слова. Он только осмотрел покупки и записал на листке бумаги отдельно цены и общую сумму.
Число было поразительным и было эквивалентно двухмесячной зарплате служащего банка. Немедля, Айзек вынул из чёрного портфеля огромную сумму денег наличными и, быстро пересчитав, небрежно вручил продавцу.
Минуту спустя, лишние банкноты вернулись в руки Айзека.
- Дедуль, забудьте о нашем визите в ваш магазин! Договорились?
- Забудьте это!
Эта парочка была очень болтливой. Их одежда и речь были так эксцентричны, что при определённых обстоятельствах, их было бы очень легко описать полиции. Но не только их внешность была необычной – они были немного странные, во всём.
- Если вы сообщите в полицию… мы… мы… что мы сделаем?
Выдавший себя с головой преступник повернулся за помощью к Мирии, которая была рядом.
- Хм… как на счёт того, чтобы побить его? Ведь мы ещё не решили, что сделаем.
- Понятно. Как тебе это, старик! Если ты посмеешь обратиться в полицию… то мы побьём тебя!
- Побьём тебя!
Это было ужасной угрозой. Во всех отношениях.
Услышав странное предупреждение от этой парочки, продавец только взглянул на них.
Мужчина и женщина быстро закрыли рты, подхватили покупки с прилавка и быстро сбежали из магазина.
Старик снова открыл газету и через какое-то время полностью забыл обо всех клиентах, которые сегодня входили.

- Уф… С-стра-ашно-о.
- Страшно-о!
Два человека, которые выбежали из шляпной лавки, скрылись в соседнем переулке.
- Чёрт… Этот старик должно быть очень силён. С таким взглядом… Это… Нет… Я чуть не намочил штаны от страха… уф… слава богу, мы оттуда сбежали… нет… Полагаю, нас прогнал этот старик?
- Он нас прогнал.
- Да, именно так… Он выгнал нас одним взглядом… Разумеется, если бы мы вступили в драку, то конечно, мы бы победили. Но ты видела, противник тоже очень силён, так что я не мог позволить ему навредить тебе, Мирия.
- Правда?- радостно спросила Мирия.
- Конечно! С того момента, как мы стали грабителями год назад, от Сан-Франциско до Нью-Джерси, мы ограбили восемьдесят семь мест. И я когда-нибудь подвергал тебя опасности?
- Восемьдесят семь раз.
-…
-…
- Видишь! Это даже меньше сотни!
- Верно! Удивительно!
Это испуганное восклицание было искренним. Они всегда такие – у этих двоих вообще не было чувства опасности, так что они постоянно попадали в рискованные ситуации, даже не зная об этом.
- Правильно! Мы собираемся провернуть одно большое дело в Нью-Йорке, и тогда мы отправимся в Майами и заживём спокойно. Так что слово «опасность» станет чуждым для нас!
- Чуждым для нас!
- Мы купим большой дом, затем построим огромный бассейн и будем плавать там днём и ночью.
- Ночью мы простудимся»
- Хорошо, мы поставим десяток печей, так что даже в бассейне будет тепло.
- Больше чем десять! Это настолько невероятно, что даже арабские шейхи никогда такого не делали»
На самом деле, в пустыне ночью очень холодно… но тем не менее, люди, которые говорят такое, кажется, сильно ударились головой.
- И мы сможем построить железную дорогу в саду. Так что мы сможем каждый день кататься на поезде от дома до ворот.
- Ах, но тогда билеты будут очень дорогие.
- Верное замечание. Хорошо, у нас не будет железной дороги.
- Но всё равно это удивительно. Мы станем настолько богаты?
- Конечно. Вместе с тобой, Мирия, я могу стать даже президентом Америки! Мы – короли Америки, Короли! Ах, король, королева, или даже Джокер, мы можем стать кем угодно!
В самом деле, было довольно трудно представить себе человека, становящегося королевой.
- Даже притом, что я не до конца понимаю, это всё равно звучит здорово!
Эти двое были полностью погружены в собственные фантазии и напевали какую-то джазовую мелодию. Эта улочка походила на сцену, на которой они танцевали, взявшись за руки. Влюблённая парочка грезила об их будущем…
А вдруг, их сбил автомобиль.


* Нож типа «боуи» - на лезвии такого ножа сделан скос-«щучка», остриё тонкое, шилообразное. В Вики на странице о ножах есть рисунок, если интересно.
** Автор использует систему японской полиции. В порядке возрастания: Констебль → Сержант → Инспектор → Старший инспектор → Командующий → Второй помощник комиссара → Первый помощник комиссара→ Представитель комиссара → Комиссар
*** Picciotto («маленький человек»)– для Каморры, низший ранг, так же известный как «партнёр».
4* Спикизи – нелегальные питейные заведения времён сухого закона

@темы: Book 1, Baccano!, Перевод